Дети миллиардера. Требуется бабушка!

А потом из соседнего номера послышался громкий и непривычно счастливый смех, кажется, сразу троих.

В Питере я бы перекрестился. Там детский смех, как автомобильная сигнализация, указывал лишь на одно – впереди неприятности. Здесь же, на Мальдивах, даже мысли не возникло, что двойня могла устроить какую-то проделку.

Смеются – значит весело. Втроем – значит с Варей.

Еще недавно такая логика была для меня нереальной. Двенадцать сбежавших нянь и задерганная охрана были живым тому подтверждением. А с Ласточкиной… словно с фамилией изменились и мои бандиты.

Не было у нынешних детей ничего общего с теми неуправляемыми малышами, которых привезла Наталья. Не было общего даже с теми, которых я видел во время редких поездок во Францию.

Двойню как перепрошили. Вместе с новой мамой, пусть и фиктивной, с них будто шелуха какая-то слетела. Не осталось агрессии. Исчезла непонятная детская жестокость.

Моими стали! Впервые за пять лет с рождения.

До этого утра не задумывался об этом. А теперь словно озарило. Забыв о делах, лежал на кровати. Слушал смех за стеной и сам улыбался.

Наверное, это было что-то похлеще привыкания. Новая форма зависимости! Дико хотелось не только видеть эту троицу, но и быть рядом с ними.

Рефлексировал я недолго. Быстро умывшись, переоделся в свежую одежду – благо чемодан с вещами сам перенес еще два дня назад – и пошел в семейный номер.

– И кто это проснулся раньше обычного?

Распахнув дверь детской, я уставился на своих малышей, которые, изображая перевернутых жуков, лежали на коврике. И на Варю рядом с ними. Такую светящуюся, что глаза слепило, как от лампочки.

Даша первой заметила меня:

– Папа, привет! Нам сон плохой приснился.

– Мы хотели тебя позвать, а тут Варя пришла, – дополнил сын.

– Сразу после сна? – Я потрепал обоих по головам и уселся на пол за Варей.

– Мне показалось, что слышу здесь какие-то звуки. Оказалось, Даша с Кондратом проснулись. – Моя русалка слегка качнулась назад. Идеально на мою грудь. И тут же стыдливо отпрянула.

– Так ты у нас еще и экстрасенс?

Подмигнув напряженно наблюдающим за нами детям, я вернул ее на место. Прижал к себе. А чтобы снова не сбежала – обнял за талию.

– У меня чуткий сон. – Варю легонько тряхнуло. Как от удара током. Однако вырываться она не стала.

– Ты даже успела сегодня поспать? Рад за тебя, – шепнул я ей на ухо и жестом приказал детям идти чистить зубы.

– Господин Арбенин, у вас ни стыда… – Варя проследила взглядом за двумя малышами и, когда мы остались одни, повернулась ко мне: – Ни совести.

– Чего нет, того нет. Но слово «господин» мне понравилось. Хорошо прозвучало! Вечером повторишь?

– Костя… – Она бросила на меня такой горячий взгляд, что в горле пересохло.