Пятьдесят оттенков серого

Странно, да?

— Значит, я не нравлюсь тебе такой, какая есть.

Он озадаченно смотрит на меня.

— Я думаю, ты восхитительна.

— Тогда почему ты хочешь меня изменить?

— Я не хочу. Мне нужно, чтобы ты была вежливой, следовала установленным правилам и не перечила мне. Все просто, — говорит он.

— Но ты хочешь меня наказывать?

— Да.

— Я этого не понимаю.

Он вздыхает и снова ерошит волосы.

— Я так устроен, Анастейша. Мне нужно тебя контролировать. Мне нужно, чтобы ты вела себя подобающе, а если ты не слушаешься, мне нравится смотреть, как твоя прекрасная алебастровая кожа розовеет и горит под моими руками.

Я завожусь.

Ничего себе. Наконец-то мы сдвинулись с места.

— Значит, боль, которую ты мне причиняешь, тебя возбуждает?

Кристиан сглатывает.

— Немного, когда я смотрю, способна ли ты ее вынести, но дело не в этом. Меня заводит то, что ты моя, и я могу делать с тобой все, что сочту нужным, — абсолютная власть над кем-то. Здорово заводит, Анастейша. Слушай, я не могу толком объяснить… раньше мне не приходилось этого делать. Я не задумывался о таких подробностях. Меня всегда окружали люди с похожим складом ума.

 — Он пожимает плечами, словно оправдывается. — Но ты не ответила на мой вопрос — что ты чувствовала после того, как я тебя отшлепал?

— Я была в замешательстве.

— Ты испытывала сексуальное возбуждение, Анастейша. — Кристиан на миг закрывает глаза, а когда открывает, они пылают как угли, подернутые серым пеплом.

Его взгляд вызывает к жизни темную часть меня, которая таится глубоко в животе, — мое либидо, разбуженное им и прирученное, но даже сейчас ненасытное.

— Не смотри так на меня, — шепчет Кристиан.

Я хмурюсь. Господи, а сейчас-то что я сделала?

— У меня нет с собой презервативов, Анастейша, к тому же ты расстроена.

Я вовсе не похотливый монстр, как считает твоя соседка. Значит, ты была в замешательстве?

Я смущенно ерзаю под пристальным взглядом.

— Когда ты мне пишешь, у тебя нет проблем с честностью. Твои е-мейлы всегда точно передают, что ты чувствуешь. Почему бы не сказать об этом прямо? Неужели я так тебя пугаю?"

"Я ковыряю воображаемое пятнышко на мамином кремово-голубом одеяле.

— Ты полностью меня подавляешь. Я чувствую себя Икаром, который подлетел слишком близко к солнцу, — шепчу я.

У Кристиана отвисает челюсть.

— Думаю, ты неправа. Все наоборот.

— Что?

— О, Анастейша, это ты меня околдовала. Разве не очевидно?

Нет, только не для меня. Околдовала… моя внутренняя богиня смотрит, изумленно открыв рот. Даже ей не верится.

— Ты все еще не ответила на мой вопрос. Напиши мне, пожалуйста. А сейчас я очень хочу спать. Можно мне остаться?

— Хочешь остаться? — спрашиваю я с плохо скрываемой надеждой.

— Ты хотела, чтобы я приехал.

— Ты не ответил на мой вопрос.