Пятьдесят оттенков серого

Все помещение размером с теннисный корт (сама я не играю и теннис, но несколько раз видела, как играла Кейт). Кейт!

— Черт, Кейт! — вскрикиваю я.

Кристиан внимательно смотрит на меня.

— Я послал сообщение Элиоту, — говорит он немного насмешливо. — Она знает, что ты здесь и пока еще жива.

Ох, только этого не хватало. Я помню ее страстный танец вчера вечером и ее фирменные движения, которыми она пыталась соблазнить брата Кристиана. Что она обо мне подумает? Я никогда еще не ночевала вне дома. Значит, она до сих пор с Элиотом. С ней такое случалось только дважды, и оба раза я потом целую неделю вынуждена была любоваться ее ужасной розовой пижамкой. Кейт решит, что я тоже нашла себе приключение на одну ночь.

Кристиан окидывает меня повелительным взглядом. На нем белая льняная сорочка, воротник и манжеты расстегнуты.

— Садись, — командует он, указывая на место за столом.

Я иду через всю комнату и, как было приказано, сажусь напротив него. Стол уставлен едой.

— Я не знал, что ты захочешь, поэтому взял на всякий случай несколько разных блюд из утреннего меню, — говорит он с кривой, чуть извиняющейся улыбкой.

— Какое расточительство, — бормочу я, удивляясь его выбору, хоть мне ужасно хочется есть.

— Да уж. — Тон у него немного виноватый.

Я выбираю блинчики с кленовым сиропом и яичницу с беконом. Кристиан пытается скрыть улыбку и возвращается к своему омлету из яичных белков. Еда необычайно вкусная.

— Чаю?

— Да, пожалуйста.

Он передает мне небольшой чайник с кипятком и пакетик «Английского завтрака» на блюдечке. Обалдеть, он помнит, какой чай мне нравится.

— У тебя мокрые волосы.

— Я не нашла фен, — смущенно бормочу я. Честно говоря, я и не искала.

Кристиан поджимает губы.

— Спасибо за чистую одежду.

— Не за что. Этот цвет тебе к лицу.

Я краснею и утыкаюсь взглядом в свои руки.

— Знаешь, тебе бы следовало научиться принимать комплименты, — произносит он осуждающе.

— Я хочу отдать тебе деньги за одежду.

Он смотрит на меня, как будто я его глубоко обидела. Я спешу добавить:

— Ты уже подарил мне книги, которые я, между прочим, не могу от тебя принять. Хотя бы за одежду позволь мне заплатить самой. — Я неуверенно улыбаюсь.

— Анастейша, поверь, я могу себе позволить…

— Не в этом дело. С какой стати ты будешь дарить мне подарки?

— Потому что мне это ничего не стоит. — Его глаза сверкают сердитым блеском.

— Это еще не повод, — отвечаю я тихо. Он выгибает бровь, моргает, и я вдруг понимаю, что мы говорим о чем-то другом, но я не знаю, о чем именно. Я сразу вспоминаю…

— Зачем ты прислал мне эти книги, Кристиан? — спрашиваю я тихо.

Он откладывает нож и вилку и внимательно смотрит на меня. В его глазах светится какое-то непонятное чувство.