Девочка из прошлого

Мне не стыдно говорить о своих чувствах, хотя раньше я считал это розовыми соплями.

— А когда ты понял, ну что...?

— Что люблю?

— Угу.

— Не знаю. Оно само как-то. В больнице я уже четко знал это. Не сказал сразу, чтобы не напугать. А по итогу вышло...

— А я сначала тебя боялась, — говорю, и сама тянусь к его шее, хочу прижаться ближе.

— Почему? Я дал тебе повод?

— Нет. Да нет. Просто... ты был такой сердитый, чужой. Я ведь тебя вообще не помнила. Если честно, то я все полностью вспомнила только в тот день. Ну когда...

Давид резко прижимается к губам, начиная целовать.

Руки ползут под комбинезон, заставляя вжаться в горячую грудь.

— Оставим всё это в том дне, малышка. — Смотрит на часы. — Как ты относишься к перекусу и совместить приятное с полезным?

— За. Только я есть не хочу. Хочу сок. А приятное что?

Улыбается.

— Вообще приятное всё. Ты же помнишь про праздник? — Кивок. — Нам нужно платье. И, — не дает возразить, прикрывая рот пальцами, — мы едем выбирать тебе наряд. Или я выберу сам. И никаких возражений. Угу?

Опускаю голову. Угу. Только мне неудобно это всё вот. А он никак не хочет этого понять.

— Са—а—аш, думай потише.

Я тебе говорил уже, что у тебя есть мужчина, и всё, что происходит, пра—виль—но.

Глава 48.

— Мама просит, чтобы сегодня мы к ней заехали вместе. Что скажешь на это?

— Оу…

Пока всё, что удалось выдавить. Я и в перспективе боюсь знакомиться с его родителями. Это же вроде как серьезный шаг и все такое.

Да—да, а жить в одном доме, спать в одной кровати — так, игрушки в песочнице. До чего же все—таки противный у меня внутренний голос!

— Если мама просит, то нельзя огорчать. Но я все равно буду стесняться. А если она подумает, что я легкомысленная? — Наверное, лучше сразу озвучить Давиду свои сомнения, чтобы он подсказал, как себя вести.

Ну хотя бы.

— А напомни, пожалуйста, для общего развития мне, в чем ты легкомысленная?

— Я с тобой живу! — Выпаливаю.

— Живешь. И это уже свершившийся факт. Мои родители современные взрослые люди. И они хорошо понимают, что жить вместе — не равно совершить преступление против человечества или осквернить память предков. Что ты там еще писала такое в тетрадке?

Смеюсь. Так и знала, что он не просто так листал мои конспекты и улыбался.

Я правда в один вечер от безнадеги, что в голову нормальных мыслей не приходит, понаписала всякой чуши в ответ на вопрос.

— А если серьезно, то мои родители о тебе знают. Конечно, больничная палата не самое лучшее место для знакомства. Но сейчас вариантов нет других, пока маму не выпишут.

— А вот если я все—таки не понравлюсь, что ты будешь делать?

Давид тяжело вздыхает, съезжает на обочину и разворачивается ко мне:"

"— Во-первых, ты им уже нравишься. Во—вторых и главных, что бы не произошло, я выберу твою сторону.