Девочка из прошлого

— Давид, а почему вы все так любите ксюшиных сестер? Ну все друзья, я имею ввиду.

— Не задумывался, если честно. Ни у кого из нас детей пока нет, а они мелкие, забавные. У Инны брат младший, но он серьезный пацан, Артур его в кадетку устроил.

— У Инны есть брат? — Саша явно удивлена. — Никто просто ни разу не говорил.

— Есть, есть. Скоро и с ним познакомишься.

— А Инна и Артур давно женаты? Или они не...

— Относительно недавно, у них почти параллельно с Егором и Ксюхой закрутилось.

— А у Тимура? Я его ни с кем не видела, а на вопросы он отшучивается.

— У Тимы все очень - очень сложно.

Не спрашивай его, он ни с кем не говорит. У него была любимая девушка.

— Они расстались?

— Можно и так сказать. — Не хочу говорить с Сашей про друга. Он не любит обсуждать, держит в себе, а Саша только расстроится и жалеть начнет.

Хорошо, что мы подъехали, и разговор удалось свернуть. Внимание девочки переключилась на переживания ""понравлюсь — не понравлюсь"".

— Ты же будешь меня за руку держать, да?

Саша, как маленькая, идет по больничному коридору и в десятый раз задает один и тот же вопрос.

— Буду. Всегда буду. — Она успокаивается и все повторяется.

Резко прижимаю ее к стене и сразу глубоко целую. Да, клиника не самое лучшее место, чтобы доказать чувства. Но на данный момент более действенного способа нет. Краем глаза вижу, как мимо проходит отец, и довольно улыбается. Другой, может, нотации б прочел, но точно не мой.

Смотрю на покрасневшие щеки, и хочется улыбнуться. Но я сдерживаюсь, чтобы не решила, что смеюсь над ней.

Стучусь, и после разрешения, заходим в палату. Вернее, я захожу и практически тащу свою девочку, которая прячется за спиной. А учитывая наши габариты, ее не видно.

— Привет, ма! — Папе жму руку.

— Сынок, — мама расплывается в довольной улыбке. Ей намного лучше. Вернулся румянец, да и выглядит бодрее. — А где же наша Сашенька? Не смогла?

Отец хмыкает, а отхожу в сторону, открывая маме свое стесняющееся счастье.

— Вот, мам, пап, знакомьтесь, моя Саша.

— Сашуль, мои родители Рустам Ильдарович и Агата Львовна.

Малышка еле слышно выдает, что ей очень приятно познакомиться и явно хочет снова нырнуть за спину. Ага, размечталась. Как и обещал, держу ее за руку, подталкивая вглубь помещения.

— Какая милая, — читаю по маминым губам.

Отец просто наблюдает. Но с улыбкой. Он вообще в последнее время улыбается разговорам о ней.

— Сашенька, ты не поможешь мне? А то от мужчин толку не добьешься.

Мамуля, я тебя обожаю. Если что и может встряхнуть мою ненаглядную, это просьба о помощи.

— Ой, конечно. Что сделать?

Всё, засуетилась, не заметила даже, как сама руку отпустила и к маме подошла.

— Пойдем, сын, покурим. Разберутся.

Выходим с отцом в коридор. Понятно, что это предлог. Отец курить бросил, берет сигарету только на нервах.