Покер с акулой

Решив не обращать внимания на хамский тон, я довольно миролюбиво произнесла:

– Давайте сначала познакомимся. Романова Евлампия Андреевна, частный детектив. Меня нанял муж Ксении Фединой. Дело в том, что она пропала, и супруг крайне этим обеспокоен. Вы давно не виделись с сестрой?

Виктор крякнул:

– Ксюха вышла замуж? Небось за состоятельного мужика, раз он вас к работе привлек. Надо же, а я думал это так, ерунда, просто кавалер…

– Вы знаете ее супруга? – осторожно спросила я.

Виктор вздохнул:

– Она у меня денег просила, да родственнички, впрочем, всегда бабки тянули, пока Таисия, жена моя, их не шуганула.

– И правильно сделала, – донесся из коридора детский голос, – просто цыганский табор ненасытный. Ты бы, Витюша, все по порядку рассказал…

Виктор опять вздохнул и протянул:

– Может, я и не прав был, что тугрики Ксюхе не отсчитал тогда, только надоели эти просьбы до полусмерти.

– С самого начала рассказывай, – велела жена, вбегая в гостиную, – все объясни, и про интернат, и про болезнь…

Муж махнул рукой:

– Ладно, только не знаю, чем вам это поможет.

У Раисы Петровны Фединой один за другим рождались сыновья.

Отца их никто в глаза не видывал, и мальчишек звали в Селихове байстрюками. Виктор оказался последним в череде мальчиков, потом в деторождении наступил перерыв на пять лет, а затем на свет явилась Ксюша. Больше Раиса Петровна не плодила нищету. То ли кавалеры закончились, то ли болезнь завелась. Витя вспоминал детство, как кошмар. Зимой они сидели в нетопленой избе, денег на дрова и уголь не было. Рубашки, брюки и обувь он донашивал за старшими, чайник мать разрешала кипятить только два раза в день, чтобы не переводить зря дорогой баллонный газ. Правда, ели они хорошо, выручал огород. Но пища была однообразная, хоть и сытная – картошка, молоко, яйца, лук…

К Новому году забивали кабанчика, впрочем, частенько варили курицу. Пеструшек по двору бегало немерено. Но разных городских лакомств не покупали – шоколадные конфеты, мармелад, сгущенку, «Любительскую» колбасу и апельсины Витя попробовал только тогда, когда на его голову свалилась болезнь."

"Сначала у парня просто ныли ноги, потом однажды он не смог встать.

Когда сын, исходя криком от боли, отвалялся на кровати месяц, Раиса Петровна, тяжело вздохнув, вызвала доктора. Она была абсолютно уверена – Витька валяет дурака, чтобы не ходить в школу. Мальчишка и впрямь терпеть не мог учение и пользовался любой возможностью сбежать с уроков.

Старенькая докторша долго щупала горевшие огнем неподвижные ноги и сурово сказала:

– Раньше почему не обратились? Теперь в больницу повезем.

– Не надо, – замахала руками Раиса Петровна, – лучше укол сделайте.