Девочка. Книга вторая

А здесь я себя чувствую ребенком, которому ничего не рассказывают, скорее всего, от недоверия ко мне после того, как я ослушалась Ричарда и побежала к нему… — нахмурилась я от нахлынувших воспоминаний.

— Ты думаешь тебе не доверяют?

— Ну да… иначе как это объяснить?

— Ты сделала неправильные выводы, — спокойно ответил Макс. — Тебе доверяют. Сам факт твоего присутствия на этой базе уже об этом говорит. Иначе бы тебя увезли в другое место.

— Тогда почему мне никто ничего не рассказывает?

— Я тебе доверяю, но тоже тебе ничего не рассказываю.

— Почему? — удивилась я.

— Все сидят на контракте о неразглашении и не только с ""MPD-Group"", но и с другими структурами.

— Но меня затронула вся эта ситуация, — не понимала я его.

— Ты оказалась случайным свидетелем покушения и знаешь только то, что увидела или услышала. Большего тебе знать не положено, так как ты не в деле.

— Но я ведь не посторонний человек, — пыталась я спорить с жесткой логикой Макса.

— Жена Сандерса или Зета знают ровно столько же, сколько и ты. Две трети сотрудников базы тоже не посвящены в детали, хотя работают здесь не один год и доказали свою преданность.

— То есть мы все недостойны знать? — скептически спросила я.

— Доверие здесь ни при чем. Это принципы работы с информацией в любом серьезном бизнесе. Знают только те, кому это нужно знать для дальнейших действий.

Я вздохнула и поняла, что и вправду сделала неверные выводы, рассуждая о тех сферах, о которых не имела понятия.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я.

От этого разговора с Максом мне стало легче, словно я сбросила с плеч тяжелый груз недоверия ко мне. Остался только один вопрос, который меня тревожил: кто со мной выходил на связь? Кто был этот Друг? Может быть все-таки Хакер? Это был еще один один фактор, почему я пошла за Максом, — я должна была докопаться до истины.

Он внимательно рассматривал, как я поправляю черную шапку, которая в очередной раз пыталась съехать на лоб, но так ничего и не сказав, развернулся ко мне спиной и активировал монитор над столом.

От этого молчания Макса мне стало неуютно и зябко, как от внезапного порыва сквозняка, и я, оторвавшись от двери, тихо подошла к нему, попыталась рассмотреть его лицо, но ничего, кроме спокойствия и сосредоточенности в его взгляде, я не увидела.

— Если я сказала что-то не так, прости, — тихо произнесла я.

Услышав мое ""прости"", Макс немного удивленно приподнял брови.

— Тебе не за что передо мной извиняться, — ответил он, все еще изучая мои глаза.

— Мне показалось, ты на меня сердишься…

— Нет, я не сержусь на тебя, — отрицательно покачал он головой и внезапно спросил, резко меняя тему разговора: — Так ты хочешь сегодня пострелять?

— Очень, — тихо ответила я.