Девочка. Книга вторая

— Вы очаровательны, — ласково произнесла она, но я чувствовала в ее тоне фальшивые нотки. — Когда в следующий раз мы будем общаться с мистером Барреттом, я непременно отмечу, что мне понравился его выбор. Впрочем, — последовала небольшая пауза, — как и всегда.

Ее слова больно хлестнули меня по щеке, но я не отреагировала на ее выпад, не желая с ней войны.

Я была уверена, что эта женщина блефует и ведет свою игру, желая побольнее меня задеть, — сейчас Ричард находился в Германии, и вряд ли с ней встречался, пока ""лежал в коме"".

— Как давно вы общались? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Буквально на днях, — торжествующе улыбнулась она, словно ожидая от меня этого вопроса, — дело в том, что я только что из Германии, и он совсем недавно выходил со мной на связь. Он сейчас в Киле по делам.

Это был шах и мат! Можно было предположить, что она врет, но о том, что Барретт в Киле, никому не было известно — я не слышала, чтобы Нари говорила об этом факте гостям и даже Алеку, я же вообще предпочитала уходить от вопросов, когда дело касалось Барретта. В голову ударила кровь, сердце заколотилось о ребра, но я попыталась успокоиться и вести себя достойно.

— Что ж, когда мистер Барретт выйдет с вами на связь в следующий раз, передавайте от меня привет, — ровным тоном ответила я, не желая показывать ей своих эмоций.

Моя безымянная соперница улыбнулась, пытаясь продемонстрировать искренность, но почему-то продолжила наступление, несмотря на то, что я отчетливо давала ей понять, что не веду с ней войну:

— Лили, я вижу в вас юную романтичную особу, и вам… — опять последовала многообещающая пауза, — скорее нужен человек, который будет понимать и ценить вашу тонкую натуру.

Я внимательно изучала женщину, ее выразительные черты лица, жесткий взгляд, который говорил, что она своего не упустит, чувствовала ее цепкие пальцы на своих плечах, и вынуждена была признать — она была права в одном: моя любовь была для Барретта мертвым ненужным грузом. Знай я, что нужна этому мужчине, что мое чувство что-то для него значит, я бы уничтожила противника, я бы боролась за нас. Но, к сожалению, местоимения ""нас"" не существовало — была только моя любовь без условий и надежды на взаимность.

Я никогда не рисовала иллюзий относительно Барретта, и сейчас его равнодушие по отношению ко мне было подтверждено словами этой женщины. Мне вдруг стало так противно выслушивать нападки очередной любовницы, что я решила раз и навсегда избавиться от этого преследования. Я пожала плечами и равнодушно произнесла:

— Я не претендую на дружбу мистера Барретта и оставляю эту привилегию за вами, мы же с мистером Барреттом… — и я сделала паузу, — всего лишь занимаемся сексом.