Дядя самых честных правил 2

— Господин Урусов, полагаю, сегодняшнее недоразумение мы легко можем решить. Мне стоит…

Одновременно со словами он пальцем нажал на медный набалдашник трости. Дзинькнул скрытый механизм и нижняя часть трости упала, а в руках “Каланчи” осталась рукоять с узким клинком.

— Убить вас!

Он только выкрикивал слова, а лезвие уже втыкалось мне в грудь.

* * *"

"Умница Анубис готовился к схватке заранее и накачал татуировку на груди эфиром. Настолько плотно, что у меня кожа зудела весь разговор с Еропкиными. Так что, когда хмырь ткнул в меня клинком, вся эта энергия разрядилась в секунду. Лезвие, даже не оцарапав меня, попросту расплавилось. Жидкий раскалённый металл отразился от Печати и выплеснулся Аристарху в лицо.

— А-а-а-а!

“Каланча” покатился по камням двора, прижимая ладони к обожжённому лицу.

— Апчхи!

Гадкий старик тоже не остался в стороне —швырнул в лицо Диего нюхательный табак, метнул ей в голову табакерку и попытался добить огненным всполохом.

Я сбил зажмурившуюся испанку с ног, выводя из-под удара. Выставил ладони и закрыл нас обоих щитом. Ёшки-матрёшки, а старик-то силён!

Бух! Бух! Бух!

В мою сторону пальнули опричники. Провинциальные бандиты с пороховыми ружьями — мне хватило бы и минуты, чтобы разделаться с ними. Но сейчас надо было держать щит, отбивать всполохи старика и прикрывать Диего. Как неудачно обернулось!

На другой стороне заводского двора раздались выстрелы “огнебоев” — в заварушку вступили Бобров и девицы. Часть опричников укрылась за каретами и открыла по ним ответный огонь. Эх, маловато у меня людей!

Два молодых опричника без оружия в руках кинулись к “Каланче” на помощь.

— Ко мне! — заорал старик на них. — Убейте его!

Оба молодца повернули в нашу сторону и на ходу начали швырять в меня слабыми всполохами. Ёкарный бабай! Как мне их всех удержать-то?

Моя левая рука дрожала — Анубис качал через неё эфир и поддерживал щит. Правой я пытался бить в ответ, но толку выходило мало. Не хватало мощности против троих сразу, не хватало.

Оставив попытки атаковать, я опустил правую руку и нащупал на поясе чехол. С трудом отстегнул клапан и потянул Нервного Принца наружу. Давай, родной, пришло твоё время. Для начала давай-ка Знак огня отправим тем двоим.

Атаковать деланной фигурой напрямую я не стал. Швырнул Знак им под ноги, слегка задержав активацию.

Фу-у-ух! Пламя взметнулось над камнями мостовой. Попляшите, голубчики! Выше ножки, господа, это называется “огненный канкан” — придумка парижских студентов.

Над заводским двором грянул залп десятка ружей. В кого стреляют? В меня?!

Щит остановил девять пуль и пропустил последнюю. Свинцовый шарик практически без боли ударил меня по уху и улетел дальше по своим делам. По шее потекло горячее. Ерунда! Держаться!

* * *

— Отойди, Констан.