Дядя самых честных правил 2

Но соревнование с придворными пиромантами вы проиграете.

— Придворными? — разом ахнули они. — Мы едем в столицу?!

— Пока нет, — я хмыкнул, — но заготовки надо делать уже сейчас. Кто знает, какой случай подвернётся. А теперь домой, ужинать и спать.

* * *

Меня разбудила Таня. Девушка припала к моим губам долгим поцелуем, но только я потянулся её обнять, как она отстранилась.

— Константин Платонович, — позвала орка шёпотом, — к нам кто-то едет.

Я потёр глаза и сел на кровати. За окном стоял хмурый осенний рассвет, а комнату освещала только свеча на столе.

— Кто?

— Не знаю. Карета незнакомая, да и темно там, не разглядеть.

Вскочив, я принялся одеваться. Таня не спешила уходить, украдкой разглядывая меня.

— А ты чего в такую рань не спишь?

Орка смутилась.

— Тренировалась, Константин Платонович. Сашка вон быстрее меня рисует и Знаков больше помнит.

Ёшки-матрёшки, если бы у каждого ученика была такая настойчивость, как у Тани, мы бы уже в золотом веке жили.

— Идём, — я застегнул камзол, — посмотрим, что за ранняя пташка к нам прилетела.

Случайно брошенная фраза оказалась пророчески верной. Когда мы вышли на крыльцо, карета уже стояла во дворе, а гости уже выгрузились.

Их было четверо. Два коренастых орка, больше похожих на грузчиков. Мужчина, показавшийся мне в сумерках смутно знакомым. И девушка — в дорожном платье, шляпе с широкими полями, пальцы унизаны золотыми перстнями. Она сидела в кресле с высокой спинкой и пристально смотрела на меня тёмными глазами. Не понимаю, зачем надо возить с собой эдакий трон?

— Доброе утро, Константин Платонович.

Мужчина выступил вперёд и поклонился.

— Козявкин?!

— Да, ваше благородие. Разрешите вам представить — княжна Тамара Георгивна, дочь генерал-майора, князя Георгия Давидовича Вахвахова.

Я подошёл ближе и поклонился."

"— Рад видеть вас, ваше сиятельство.

Она протянула руку для поцелуя. Ладонь была узкая, бледная, пахнущая травяным настоем.

— Ваше предложение, — голос у неё был слегка резкий, с хрипотцой, — меня заинтересовало. Я решила лично приехать и обсудить.

— На улице прохладно, ваше сиятельство. Пройдёмте в дом и поговорим о делах.

В тёмно-карих, почти чёрных глазах мелькнула злая усмешка.

— К несчастью, я не могу исполнить вашей просьбы буквально, сударь.

Орки, похожие на носильщиков, ими и оказались. Они подняли с земли две длинные палки, зацепили их крючками на боках кресла и подняли княжну, будто в паланкине.

— Вы же не возражаете, если меня отнесут? — она говорила, будто насмехаясь надо мной, но в голосе чувствовалась горечь.

Носильщики двинулись к крыльцу, а ко мне подскочил Козявкин и, встав на цыпочки, зашептал:

— Такое горе, Константин Платонович, такое горе. Княжна не ходит уже семь лет. Бедняжка так страдает, почти не покидает дом.