Дядя самых честных правил 2

За спиной послышался шум — прибывали новые гости, и Дубасова приглашающим жестом указала на лестницу. Пока мы поднимались на второй этаж, где и должен был начаться бал, я тихонько спросил у княгини:

— Разве хозяйке полагается вот так встречать гостей?

— На частном балу нет, — усмехнулась Марья Алексевна, — но сегодня официальный приём дворянского собрания. Дубасов не слишком знатный и получил должность предводителя интригами, лестью и обещаниями. Так что приходится оказывать всевозможную честь, чтобы удержаться в кресле. Ничего, пройдёт лет пять, наберёт вес, и надобность заигрывать отпадёт.

Заметив, что я скептически хмыкнул, княгиня покачала головой:

— Ты не думай, он мужчина дельный, слово держит и в подлостях не замечен. Просто не всем так везёт, как тебе.

— Марья Алексевна, мне показалось или одна из дочерей на неё непохожа?

— Так это падчерица, от первого брака Дубасова. Он рано овдовел и женился на Елизавете, польстившись на приданое.

— А что за Ларины такие?

— Ой, это огромное семейство, человек сто, наверное. Чистокровные орки, но небогатые, и у них куча девиц на выданье, которых не знают, куда девать. Я им немного покровительствую и беру из них компаньонок. Уже троих девиц замуж удачно пристроила.

Лестница закончилась, и мы вошли в бальный зал.

* * *

Первым делом Марья Алексевна подозвала лакея, что-то шепнула и сунула в руку записку."

"— Сын Дубасова мой крестник, чай не откажет побеседовать. Идём, представлю тебя обществу.

Поручив Александру и Диего заботам каких-то знакомых, она потянула меня зигзагами по залу. За нами хвостиком следовала Таня, улыбаясь и с восторгом смотря по сторонам.

Если бы княгиня хотела меня представить всем дворянам Мурома, то канитель растянулась бы до утра. Но Марья Алексевна выбирала только самые важные и влиятельные семьи: Гвоздевых, Вагановых, Замыцких и Яблочковых. Дамы смотрели на меня сквозь лорнеты, главы семейств сдержанно кивали: вроде бы с симпатией, но слегка высокомерно. Провинциальный гонор во всей красе — они не считали меня ровней ни по богатству, ни по родовитости. Да и ладно, не очень-то и хотелось.

Бурно отреагировала на меня только одна из дочек Яблочковых. Забила в ладоши и восторженно уставилась, тряся светлыми кудряшками.

— Maman, это же тот дворянин! Который дрался недавно на канделябрах!

— Зизи! — Её родительница от возмущения чуть не грохнулась в обморок. — Немедленно прекрати, это неприлично.

Княгиня хихикнула, прикрывшись веером, мы раскланялись и удалились.

— Видишь, Костя, ты пользуешься популярностью у девиц на выданье.

— А можно взять эту популярность деньгами?

— Фу, как вульгарно! — княгиня усмехнулась. — Приличные молодые люди берут с таких барышень совсем другим.

— Тогда я буду неприличным.