Девы
Завораживающий литературный триллер, сплетающий воедино греческую мифологию, психологию и убийство…Эдвард Фоска — убийца. В этом Мариана уверена. Харизматичный красавец-профессор преподает курс греческой трагедии в Кембридже. Его обожают коллеги и студенты — особенно студентки из тайного общества «Девы», готовые на все ради своего наставника. Ведомые мистическими учениями профессора, девушки устраивают оккультные игрища и ритуальные обряды. И вскоре одну из них находят мертвой с перерезанным горлом и выколотыми глазами…Мариана Андрос — талантливый психотерапевт с посттравматической депрессией из-за гибели мужа. Она ясно видит: Эдвард Фоска — нарциссичный социопат, умело манипулирующий людьми. Есть что-то зловещее в его одержимости культом Персефоны*, спустившейся, согласно мифу, в царство мертвых. И смерть студентки — буквальное воплощение путешествия богини-девы в загробный мир. Эдвард Фоска — убийца. Осталось это доказать…*Персефона — богиня плодородия и царства мертвых в греческой мифологии. По легенде, она вынуждена треть года проводить под землей, со своим мужем Аидом, а две трети — на земле, с матерью Деметрой. Миф символизирует смену времен года.«Восхитительно мрачное, элегантное, крайне влекущее чтение — с неожиданным поворотом в конце, просто поразившим меня. Этот роман понравился мне даже больше, чем "Безмолвный пациент", — а это говорит о многом!» — Люси Фоли.«Этот роман — пейдж-тернер высшего уровня». — Дэвид Болдаччи.«Просто блестяще. Захватывающее чтение, когда сердце бьется где-то в горле». — Стивен Фрай.«Михаэлидес — главный игрок на этом поле». — Publishers Weekly.«Элегантный, зловещий, стильный и захватывающий, этот роман является ответом на вопрос, как соответствовать своему предшественнику — одному из лучших триллеров последнего десятилетия. Ответ: надо просто написать что-то лучшее». — Крис Уитакер
— Господи Иисусе! Прости, пожалуйста…
— А ты не знал?
— Нет, конечно! Откуда мне знать?
— Значит, это совпадение? — Мариана пристально посмотрела на Фреда.
— Ну… я же говорил, что немножко ясновидящий. Возможно, я что-то такое почувствовал, поэтому Наксос и пришел мне в голову.
Мариана нахмурилась.
— Извини, но я не верю.
— И все же это правда. — Чтобы сгладить неловкость, Фред торопливо добавил: — Мне очень жаль, что я причинил тебе боль…
— Всё в порядке. Ничего страшного. Не переживай.
— Ты поэтому меня позвала? Чтобы поговорить о Наксосе?"
"Мариана покачала головой.
Мариана разозлилась на себя за такую слабость, однако поздно: парень уже приехал. А раз так, стоит этим воспользоваться.
— Пойдем, Фред. Я тебе кое-что покажу.
Войдя в колледж, они пересекли Мейн-Корт и через арку прошли в Эрос-Корт.
Мариана взглянула на окна Зои, хотя знала, что племянница сейчас на занятиях у Клариссы.
Подойдя к лестнице, ведущей в ту часть здания, где жила Тара, Мариана кивнула на одно из окон первого этажа.
— Это комната Тары. По словам горничной, в тот вечер, когда произошло убийство, Тара без четверти восемь вышла из дома.
— И повернула туда? — Фред указал на ворота в задней части Эрос-Корт, за которыми располагался парк.
— Нет. Вот сюда.
— Хм… странно. Через ворота можно выйти прямиком к реке. Это самый короткий путь к заповеднику «Пэрэдайз».
— Значит, она направлялась куда-то еще.
— К Конраду? Как он и сказал?
— Возможно. — Мариана задумалась. — И еще одна деталь: Моррис, главный консьерж, утверждает, что ровно в восемь вечера Тара покинула колледж через парадный вход. Значит, если она вышла из дома без пятнадцати восемь…
— …на то, чтобы пройти двухминутный путь, Таре почему-то потребовалась четверть часа, — закончил за нее Фред.
В этот момент взгляд Марианы упал на располагавшуюся прямо под Тариным окном клумбу с розовыми и лиловыми наперстянками, и в глаза бросился валявшийся на земле сигаретный окурок.
Наклонившись, Мариана подняла его. На конце окурка белел фильтр.
— Американская марка, — заметил Фред.
— Да. Прямо как у Фоски.
— Кстати, я наслышан о Фоске. — Он понизил голос.

















