Дикарь

Я просто очень разозлилась… неважно! — Тряхнула головой. — Давайте считать это недоразумением? Ну, ведь благородный истр…

— Благородный истр? — Он хрипло рассмеялся, белые зубы блеснули в полумраке. — Какая ошибка. Во мне нет ничего ни от первого, ни от второго.

— Выпустите меня!

Кажется, я все-таки заору.

— Нет.

Он сделал шаг ко мне и закрыл дверь, повернул ключ в замке. О Духи, эта ужасающая комната еще и запиралась изнутри. Зачем? Может, чтобы издеваться здесь над такими дурами, как я?

— Вы не посмеете, — ахнула я. Молчать рядом с ним слишком страшно.

— Еще как посмею.

Он наступал, сжимая свою двустволку, и я как-то завороженно уставилась на него. Понимая, насколько он выше и сильнее, несмотря на худобу и хромоту. И вооружен. Помимо ружья, у дикаря был нож, я увидела чехол, привязанный к правой ноге поверх кожаных штанов.

Ружье он положил на стол, сделал еще шаг. И еще. И я уже чувствую тепло его тела и дыхание. А мои ноги стоят впритык к постели.

— Послушайте… — Я сжала кулаки, запрещая себе паниковать. Хотя очень хотелось. — Вы пугаете меня. Давайте, наконец, поговорим, как разумные взрослые люди! Я ведь уже извинилась…

— Мне плевать на ваши извинения, — тихо сказал он.

 — Мне плевать на все, что вы скажете. Я хочу, чтобы вы убрались из моего дома. Либо вы это сделаете, либо…"

"Его левая рука в обрезанных перчатках легла на мою талию, правая — на затылок, и дикарь резко вжал мое тело в свое. Сдавленно вздохнул. А потом он так же — рывком, словно нехотя — наклонил голову и прижался губами к моему рту. Замер на миг, словно вслушиваясь. И провел языком по нижней губе, втянул, лизнул верхнюю. А потом надавил на затылок, углубляя этот поцелуй, вторгаясь в мой рот, толкаясь языком! Я дернулась, пытаясь отстраниться, но хватка у мерзавца оказалась железной, а с виду и не скажешь! Держал он крепко, не давая мне даже голову повернуть! И дышать тоже не давал.

Кажется, он собирался заменить воздух собой.

Я ахнула, и получилось, что в его губы, отчего дикарь тяжело втянул воздух и переместил ладонь с моей талии на бедра, поглаживая, сжимая сквозь ткань юбки. Его движения были резкие, злые, без капли нежности или уважения. Он трогал меня, как какую-то уличную девку, как доступную особу из дома удовольствия! Провел ладонью от ягодиц до шеи, надавливая пальцами на позвонки, и я почувствовала, как встали дыбом все волоски на моем теле! Хотела бы сказать, что мне было неприятно.

Но мне было… странно. Странно ощущать на своем теле мужские руки, странно чувствовать губы и язык дикаря. Он пах лесом — кедром и сосной, словно только что пришел со склона горы. И волосы у него были влажные, это я поняла, когда мне на щеку упала капля.

Его прикосновения не вызывали того омерзения, что должны были.