После развода. Срока давности нет

Порвалась цепь, ее просто выдернули из него с кровью.

Он ведь…

Наверное, всегда в глубине души тайно ненавидел Марину. Ненавидел и желал. За то, что она другая. У таких, как она, есть все для счастья. Им разве что немного не хватает денег, а все остальное у них есть в душе.

А для него всегда на первом месте были деньги. Так было правильно, это стратегия. И вот теперь они у него есть. Но. Всегда есть «но». Деньги дают все: богатство, власть, женщин, дома, машины. Но взамен ты становишься их рабом. И все, ты не несвободен. Ты уже действуешь, думаешь, живешь не так, как тебе хочется, а как диктуют они. И у тебя нет выбора, что-либо изменить.

Жизнь несправедлива! И да, сейчас он ненавидел Марину. До слез. Скупых мужских, обжигающих душу. Потому что это заставляло его вернуться туда, где еще можно было сделать выбор. Но прошлое неумолимый страж границ, у него нет давности и срока. Неважно, когда ушло, оно уже кануло в Лету.

В общем, Богдан был ранен в самое сердце и считал, что Марина предала его чувства. Конечно, может вызвать удивление, как люди, столь прагматичные, расчетливые и прошаренные по жизни, могут быть так глупо сентиментальны. Но обидно ему было не по-детски. Его уже даже деньги не радовали.

А Вика, узнав, что у отца будет ребенок в новом браке, наконец осознала, что прежняя жизнь действительно закончилась. Ничего уже не будет как раньше. Ах, как она рыдала от обиды. Чего ей стоило смириться с тем, что ей так и придется жить с Богданом. А этот жадный скуф не давал ей тратить так, как она привыкла. Однако надеяться больше было не на кого.

И это еще не все. Теперь вылезло другое горе — Вику неудержимо несло вширь."

"Дочь, маленькую Веронику, Богдан, кстати, как мог, любил.

***

Но это все было потом.

Пока же предстоял еще второй день свадьбы, потом еще и третий. А после «питерцы» - Наталья с Глебом и Даниил Марьин с будущей женой - уехали обратно в Питер. Вместе с ними уехала Даша. Ей нужно было доучиваться, получать диплом. Параллельно поступать на подготовительный, а кроме того начинать работать в арт-салоне, который уже потихоньку превращался в нечто вроде семейного предприятия.

С того момента наступило временное затишье.

А две недели спустя Владимир уехал в Питер.

Конец"