Диверсант № 1

– Так вы что, не слышали про взрыв парижского поезда? Сегодня ночью! Поезд только-только отошел от Ле-Крезо, даже скорость полностью набрать, к счастью, не успел, как взорвалась бомба. Говорят, в туалете одного из вагонов. По радио уже передавали… Очень много жертв… Еще больше раненых…

Вот теперь молоточки в висках застучали основательно. Джошуа даже показалось, что он покраснел от возбуждения. Даже появилось впечатление, что это именно его пытались безуспешно взорвать – сначала в казино, теперь в поезде… А бог спасает… Но тот же бог толкает полицию на подозрения. Два взрыва сразу после того, как Джошуа покидает место будущего трагического события! Покидает, потому что не желает быть взорванным? Любой комиссар просто обязан будет задать себе этот вопрос.

– Вчера один взрыв, сегодня второй. Что творится во Франции? Так вы идете в Клюз? – Тиролец заметил, что Гольдрайх почти остановился.

– Нет. Я же сказал, что просто прогуливаюсь. Я только сегодня приехал и остановился в этом отеле."

"– Я видел, как вы приехали. Из окна. Я тоже живу в отеле. А в Клюз сходить вам обязательно надо. Здесь есть замечательное местное вино.

Вы должны его попробовать. И только в одном месте. Кафе «L'abbe gai».[23] Непременно навестите это кафе.

– Извините. Я предпочитаю водку или коньяк.

Джошуа совсем остановился.

* * *Поклониться Провидению очень хотелось. И Джошуа обязательно сделал бы это, если бы верил в Провидение. Но он в него не верил, хотя понимал, что удача непростительно сопутствует ему. Вот и сейчас. В такой короткий промежуток времени он дважды спасся только чудом. Как иначе назвать уход из казино и уж совсем непонятный выход из поезда, когда собирался ехать до конца…

Везение!

Впрочем, Джошуа и в другом был непоколебимо уверен.

Если бы он остался в казино, если бы он остался в поезде – и в первом, и во втором случае он обязательно был бы в числе тех, кто пострадал меньше других. Может быть, и надо было остаться, если бы знать. Это тоже развлечение – попасть в такую передрягу. Было бы что вспомнить. И тогда молоточки в голове стучали бы не менее активно.

Но чтобы там остаться, надо было бы знать о готовящемся теракте. А о нем знали только сами террористы.

Посмотреть бы, что там творилось. Нет, просто обидно, что он упустил оба случая.

Джошуа возмущался не искренне. Он в самом деле был рад, что так удачно избежал опасности. И чувствовал себя выше тех, кто сделать этого не сумел.

– Женщина-арабка! – сказал он вдруг сам себе.

Именно она была в поезде. Это ее он видел, когда возвращался из ресторана. И потом в «Кадиллаке», на дороге. Это ее лицо промелькнуло на какой-то миг…

Женщина-арабка!

Сначала – горничная-арабка!

Только сейчас Джошуа понял, почему портье в парижском отеле утверждал, что у них нет горничных-арабок.