Длинный

Это разумеется лишняя грязь, но выбора практически не было. Не будешь же таскать ее единственной имеющейся емкостью котелком. И так, пока натаскали воды, для нее основательно упарились. Опыта по кладке у Длинного не имелось, так чисто визуальный, а о приятеле и говорить не стоит. Но так или иначе, а полуметровая стенка в проеме была сложена. Чтобы сделать тайник, стенка складывалась по краю оконной ниши, а верх предполагалось заделать деревом, типа подоконника. Таким образом между сложенной стенкой и основной стеной оставался проем, в который можно было попасть, приподняв его крышку-подоконник.

Дальше от вновь уложенного подоконника и до верха оконной ниши предполагалось соорудить нечто похожее на окно. Исходя из того, что рама более или менее сохранилась, было решено отчистить ее от осколков стекла и по возможности найти замену. А если таковой не найдется, то использовать для этого наиболее крупные осколки. Впрочем, сама рама тоже была разделена на множество мелких квадратиков в которые вставлялись куски стекла величиной где-то в пару ладоней. А уж каких кусков по городским свалкам найти было вполне возможно. Пока же решили оставить как есть. Немного поддувало, но зато в комнату проходил свет. А до холодов можно было что-то придумать.

Почти каждое утро начиналось с того, что Длинный уходил на промысел в город, а Леха занимался рыбалкой, а чуть позже готовкой обеда. Длинный же занимался, как он говорил, осмотром «достопримечательностей», ну и попутно, что-то добывал к ужину. Иногда это были пара булочек, несколько яблок, однажды притащил неизвестно откуда взятые два арбуза. Самым поразительным оказалось то, что Леха совершенно не представлял, что это такое.

Увидев принесенные Длинном зеленые шары, он скептически почесал затылок и с некоторым сомнением произнес, что Длинный мог бы выбрать, что-то более спелое. А тому, что он принес, даже на вид придется доспевать минимум пару недель.

— Так это же арбузы, Лех! Ты, что никогда не видел их?"

"Удивлению Длинного не было предела. Впрочем, уже через мгновенье он сообразил, что десятилетний мальчишка, мог действительно никогда не видеть этих ягод, в силу того, что время, в котором они сейчас находились, не способствовало тому что можно было попробовать ягоду, растущую гораздо южнее тех мест где Леха до этого, обитал.

Или возможно все же видел их в детстве, но или уже успел забыть, или подобное просто не отложилось в памяти ребенка. Зато после того как он разрезал арбуз, и дал ломоть Лехе, просто не мог удержаться от смеха, когда тот попытался съесть ломоть вместе с коркой. А сколько радости было написано на детском лице, когда он уминал эту сладость, было просто не передать словами.