До того как

– Хотел убедиться… – начинает он, однако не договаривает.

В тот момент, когда он умолкает, мне приходит в голову, что я перед выбором: быть честным или позволить другу быть счастливым. Выбрать можно лишь одно из двух.

Я с улыбкой выбираю счастье друга.

Когда Триш приняла предложение Кена, я не удивился, но, сказав, что я не питал толику надежды на ее любовь ко мне, я бы солгал. Стабильность ей нравится куда больше, и весь следующий год я смею думать о Триш только как о девушке моего лучшего друга. Порой, когда Триш и Кен целуются при мне, она оглядывается, как бы ища у меня одобрения. И я храню искру надежды, отчего год тянется мучительно долго. Когда я трахаюсь, то думаю о ней. Целуясь, ощущаю вкус ее губ.

Надо остановиться.

Поначалу это дается легко: перестаю сравнивать с Триш девчонок, с которыми встречаюсь, она больше не держит меня за руку на прогулках. Я теперь вижу мир иначе, не думаю все время о Триш как о связи с домом, а она меня больше здесь и не удерживает. Больше меня ничего не держит.

Я перерос Хэмпстед, и мы оба с ней это знаем. Даже в местной пекарне с подозрением отнеслись к моему поведению, ведь я и за сладостями перестал заходить.

Внезапно мне захотелось посмотреть мир, выбраться за пределы города. Переехать в Штаты, подальше от тупых приятелей, у которых нет планов на будущее, и еще дальше от близких мне людей, влюбленной парочки. Я в компании – пятое колесо, и мне не сидится на месте. В моем окружении все уже пустили глубокие корни, открыли счета в банках и поступили учиться. Я даже вижу, как в будущем мои товарищи устраиваются на первую работу – причем на ту же, что и родители. Они и не хотят смотреть шире, выбрать нечто иное."

"Триш стала одной из них. Прежде ее так заводили гуманитарные науки, и вот она уже пропускает занятия. Они с Кеном поселились в небольшой квартирке напротив кампуса. Кен много работает, буквально не вылезает из-за учебников. Триш ему теперь даже не девушка, а скорей мамочка. Каждый вечер заводит ему будильник, стирает и гладит вещи. Готовит кофе и завтрак, упаковывает обед. Потом встречает вечером, кормит горячим ужином и остается совершенно без внимания, ведь Кен поглощен книгами… Триш больше не дитя цветов, не фонтанирует энергией и не любит риск. Она женщина, измученная непосильным трудом и недосыпанием. Ее усилиями маленькая квартирка столь же чиста, сколь и мала, а Триш еще умудряется привносить в нее нотку уюта. Она даже котенка с улицы взяла в дом. Назвала его Гат, в честь одного из моих любимых героев. Кену, похоже, наплевать – и на кота, и на кличку.

С каждым днем Триш все реже играет в игру под названием «а что, если?..», которая так забавляла меня во время вылазок в парк; она все чаще испытывает смутную тревогу.