До того как

– Готова? – Сделав вдох, скольжу руками по податливым бедрам вверх, к пояснице. Держусь из последних сил, едва себя контролирую. Так и хочется стиснуть эти ляжки, нагнуть ее и отыметь прямо тут.

В чем дело? Я ведь не зеленый студентик, который с полоборота заводится. Может, во всем виновата невинность Тессы и ее соблазнительное тело? Или причина – в пари, ведь я хочу успеть овладеть этим телом раньше Зеда?

Опускаю Тессу в воду, которая доходит ей до груди. Она вытягивает руки вперед, чуть загребает. Кожа у нее покрылась мурашками – их хорошо видно под ярким солнечным светом.

– Не стой просто так, двигайся! – Чтобы я сам не стоял тут весь день и не пялился на тебя.

Тесса как будто не слышит, однако проходит дальше, на глубину. Футболка вдруг задирается, словно хочет взлететь. Не успеваю я отвернуться, как Тесса спешит отдернуть ее и прикрыться.

– Можешь снять, – говорю. – Уж я точно возражать не стану.

Наморщив носик, Тесса… обдает меня брызгами! Черт! Так весело, что даже противно.

– Ты что это, обрызгала меня?

Тесса хихикает и снова бьет ладонями по воде.

Тряхнув волосами, кидаюсь к ней. Хватаю за талию и утягиваю под воду. Тесса успевает зажать нос. Ей-богу, как маленькая.

– Не знаю даже, что веселее, – хохочу во весь голос. – То, что ты радуешься, или что ты нос зажимаешь.

От хохота едва могу говорить.

Тесса с грозным видом поднимает руки и пытается окунуть меня под воду. Смешно, ей-богу. Я просто не двигаюсь с места, и Тесса сама начинает над собой смеяться. Я тоже смеюсь, аж живот сводит. Ее смех легок, напоминает о желтых полевых цветах.

– Ты вроде обещал ответить на любой вопрос, – напоминает Тесса.

Я и не ждал, что она забудет, хотя рассчитывал, что она подождет немного подольше.

– Обещал, но только на один.

Спросит, наверное, что-нибудь глупое, типа: больно было татуировки набивать? Гляжу на травянистый берег и жду.

– Кого ты больше всего любишь?

Какого хрена?!

Это что еще за вопрос такой? Капец какой странный. Не хочу я на него отвечать. Нечего мне ответить. Теперь их с Лэндоном разговор кажется мне еще более подозрительным. Кого я люблю больше всех? Кого я… люблю?

Кого я больше всех люблю? Ну, маму я люблю. Я давно ей этого не говорил, но она по-прежнему моя мама. Вот и все, больше мне никто не нужен. Разве что я сам. Себя я и люблю больше всех. Правда, вряд ли такой ответ сгодится.

И все же…

– Себя.

Набираю в легкие воздух и опускаюсь под воду, оставляя Тессу делать выводы.

– Не может быть, – заявляет она, стоит мне только вынырнуть. – Как насчет родителей?

Вот так, запросто, она переходит черту. У Тессы Янг нет чувства меры, когда дело доходит до сраных личных вопросов. Ожидая ответа, она смотрит на меня нежным взглядом, чуть приоткрыв рот. Бесит – она глядит на меня с жалостью.