Развод. Ты не уйдешь (СИ)

— Считаешь меня ублюдком, а себя — святошей?! Что ты скажешь насчет этого, а?! Ты с моим отцом по ресторанам каталась… Вас видели!

Перед моим лицом Глеб листает фото.

— Откуда у тебя эти фото? Ты за нами следил?

— За вами… — плюется. — Я не следил. Добрые люди подсказали, что ты с моим папашей…

Глава 19

Она

— Добрые люди подсказали, что ты с моим папашей ***! — добавляет грязный мат.

Возмущение и разочарование в этому мужчине достигает пика.

Я хлопаю Глеба по щеке.

Неожиданно сильно получается, даже пальцы заныли.

Глеб бледнеет, на его лице остается след моих пальцев. Он делает яростный шаг в мою сторону, встряхивает меня сильно-сильно.

— Глеб! — кричит мама. — Глеб, ты что творишь?! Одумайся!

— Мааама! — ревет Ваня.

Тамара стоит, бледная и испуганная, смотрит на мужа с ужасом…

— Видишь, что ты натворил? — шиплю ему. — Убери телефон, дурак! Боже… Какой ты дурак, этому есть простое объяснение!

— Какое же?!

— Я сейчас успокою детей, а потом… — в груди не хватает воздуха. — Потом ты сам все увидишь и… Навсегда, слышишь?!

Тычу пальцем ему в грудь.

— Потом ты… на-всег-да… оставишь меня в покое!

***

Глеб стоит злой, побледневший и растерянный. Я успокаиваю детей, вполголоса спорю с мамой, которая не хочет меня отпускать одну. Она хватается за мою руку, говорит со слезами:

— Олечка, не езжай с ним! Совсем берега попутал!

— Мама, все хорошо будет. Правда!

Мама вытирает слезинки бумажным платочком, ее на части разрывает противоречиями. Я на своем упорно стою, зная, что надо поставить точку и заткнуть поток грязных подозрений в мой адрес.

— Мама, возьми себя в руки. Ты мне очень-очень поможешь, если за детьми проследишь.

Взгляд мамы становится напряженным, когда она смотрит мне за спину.

Понимаю, что там — Глеб.

— Все будет хорошо. Давайте я вас отвезу, — предлагает глухо."

"Тамара тоже куксится и крепче сжимает пальцами ладонь Ванечки. Сын вырывает руку из ее захвата, подбегает к Глебу и с размаху бьет его кулаком по животу, бодается.

— Ты плохой!

— Вань, иди сюда, Ванечка… — зову сына.

Глеб потирает ушибленное место, рука у сынишки тяжелая. Пока успокаиваю сына, слышу, как мама тихо, но зло говорит Глебу:

— С кем ты повелся, Глеб? На человека не похож. Я бы сказала, как ты сейчас выглядишь, не будь при нас детей.

— Хоть вы, а… Честно, не лезьте!

— Оля, отзванивайся мне! — переживает мама. — Каждые пятнадцать минут звони! Учти… — грозит пальцем Глебу. — Если Оля не позвонит или я до нее сама не дозвонюсь, я на тебя заявлю! Я и о побоях расскажу!

— Мам, хватит! Правда… Давайте домой, я уже такси вам вызвала, скоро приедет.

— Том, домой хочешь? — предлагает Глеб. — В свою комнату.

— Нет! — трясет головой Тамара. — Не хочу!

Прощание выходит нервным и слезливым. Мама меня будто на эшафот отправляет, дети плачут.