Дочь моего друга (СИ)

Что ж я так поплыл-то…

— Тебе папа запретил? — поднимает свои большие глазищи в пол-лица и смотрит так доверчиво, что хочется сдохнуть.

— Нет, Арина, не папа. Я сам так решил.

Это правда. Если бы дело было в одном Глебе, не факт, что я бы стал так себя мучить. И ее тоже.

— Но почему, Демид? — ее глаза вновь наливаются слезами. Этого только не хватало… — Ты же тоже хочешь, я чувствую.

Еще бы ты не чувствовала, малышка, он тебя сейчас насквозь проткнет. Смеюсь ей в волосы и позволяю себе еще немного так постоять, прижимая к груди хрупкую девочку, которую должен отвезти к папочке и сдать с рук в руки.

Угораздило же нас влететь во все это… Ну почему ты не старше, хоть бы двадцать два-двадцать три тебе было? Меня бы не так совесть мучила.

— Садись, — открываю дверцу, сажаю Арину на пассажирское сиденье. Сам обхожу машину и сажусь з руль. — У отца угнала?

— Это моя… — хлюпает, — мне папа подарил.

— Любит он тебя, Арина.

— Любит! — вскидывается безнадежно. — Так что замуж готов отдать, за этих…

Закрывает руками лицо, поворачиваюсь к ней. Отнимаю ладонь, глажу большим пальцем запястье. А хотелось бы не так, только так как хотелось бы нельзя лаже думать.

— Расскажи, — требую. Он там ебанулся, друг? Что это за финт с женитьбой?

Она говорит, всхлипывая, а я лишь с силой сжимаю руль. Договаривает и снова роняет лицо в ладони. Я молчу, потому что из всех слов сюда подходят только маты. А она все-таки девочка. И он ее отец.

Завожу двигатель, трогаюсь с места.

— Куда ты меня везешь? — выглядывает из-за ладошек.

— Домой.

— Я не поеду, — дергает за ручку. Съезжаю на обочину.

— Послушай, малыш. Глеб твой отец, и он тебя любит. Он мне говорил, что выдаст тебя замуж за границу, у него там даже на примете кто-то есть. Я не верю, что он бы серьезно тебя за кого-то из этих ушлепков отдал.

— За границу? — Арина разворачивается, подбирая под себя ногу. — Он тебе говорил?

Молча киваю, упираясь руками в руль. Она потерянно оглядывается, как будто ее потенциальный жених сидит тут же на заднем сиденье.

— Но я не хочу замуж, Демид. Ни за кого из них. Я… я за тебя хочу!

Ну пиздец. Я знал, что все этим закончится, чувствовал. Ну блядь же…

— Женись на мне, Демид! — Аринка хватает меня за пальцы, тянет к себе руку. Разворачиваюсь, мягко высвобождаю руку и сгребаю ее замерзшие ладошки в свои.

— Успокойся, малыш, никто ничего не сделает без твоего желания. Твой отец не зверь, и он тебя любит. И как можно сейчас кого-то заставить? Двадцать первый век на дворе, все свободные люди. Он просто считает, что так для тебя будет лучше. Не захочешь замуж, никто тебя заставлять не будет. Но про меня тебе нужно забыть, малыш. Так будет правильно.

— Почему? — она моргает, готовясь заплакать, и я беру ее лицо в руки.