Горничная для тирана

***

Я уже четвертый день дома, через час за мной должен приехать водитель Демьяна Ростиславовича, но я его опережаю, убегая.

Надеваю наушники, поправляю волосы и спускаюсь в метро. Еду увольняться в агентство. Я уже и работу себе нашла. Баристой в кафе в вечернее время и продавцом в бутик торгового центра в дневное время. Да, заработная плата гораздо меньше, но зато без демона, который решил со мной поиграть.

Прохожу в офис агентства, здороваюсь с девочками из кейтеринга, стучусь к директору, приоткрывая дверь.

– Входи, – разрешает Татьяна Владимировна.

– Доброе утро, – здороваюсь, натягивая улыбку.

– Доброе, доброе. Ты у нас кто? – снимает очки, рассматривая меня.

– Я Дарина Рябина.

– А, что-то припоминаю, это тебя мы пару недель назад устроили в дом в Малаховке?

– Меня. Я хочу уволиться.

– Причина? – выгибает брови.

– Слишком тяжёлая работа, – выдумываю на ходу.

– Что это за причина такая? – недовольно бурчит женщина. – Ты договор подписывала, все условия были оговорены.

– У меня еще появились неотложные дела дома. В общем, по семейным обстоятельствам.

– Ну как хочешь. Место там хорошее, желающих много, – что-то просматривает в своём компьютере.

– Отрабатываешь, пока не найдем замену.

– А можно без отработки? – закусываю губы. – Вы же сами говорите: желающих много?

– Нельзя. Абы кого больше не возьмут. Как знала, что молодую нельзя брать, тетку твою послушала, – отмахивается женщина. – Все, иди. Тебе сообщат, когда освободят от обязанностей.

Разворачиваюсь и ухожу. Не пойду я никуда. Никакой отработки. Значит, я заболела. Больничный по договору мне положен.

***

По факту это мой последний выходной, завтра я уже буду работать на двух работах.

Покупаю себе мороженое и сажусь на лавочку на детской площадке, посматривая на играющую детвору. Лицо ни с того ни с сего начинает гореть. Это, наверное, Василиса меня ругает за то, что снова бросила ее одну. Я оставила в нашем домике некоторые вещи, и, думаю, их будет уже нереально забрать. Возвращаться в этот дом я не намерена. Ну страшно мне и все тут. Мама не поймет. Я сама себя не пойму. Мне, может, и хочется узнать, какова на вкус любовь взрослого мужчины, но, чувствую, что она оставит горькое послевкусие.

В руках звонит телефон, смотрю на экран: «Твой Савелий».

Мой? Ах, мерзавец. Смеюсь и отвечаю на звонок.

– Да.

– Привет.

– Привет.

– Почему ты не на работе? – хитро интересуется он.

– Я заболела.

Лгать, так всем.

– Ммм, бедненькая. Чем болеешь? – мне не нравится его подозрительный тон.

– Простыла, горло болит, температура."

"– И поэтому ты ешь мороженое с довольным видом? – вдруг выдаёт Савелий.

Пауза. Сглатываю. Лицо начинает гореть.

– Что, малышка, нечего сказать? – усмехается Савелий. Одновременно слышу его голос и в телефоне, и где-то рядом.