Горничная для тирана

– У пограничников очень сильная школа.

– У него мать уже пять лет борется с онкологией.

– И что? Покровский, ты же понимаешь, что меня это не тронет. Я мало плачу ему? Нужны весомые суммы – мог бы как мужик взять у меня в долг. Просить содействия. Отработал бы потом. Кому, как не тебе, знать, что я жесток только с чужими. Если он в моей команде, значит свой... Что, бл*ть, заставило эту мразь пойти против меня?

– Шантаж, например... Тебе ли не знать методы воздействия Заира? – спокойно произносит Андрей. Я ценю этого мужика именно за холодную голову: ни одной эмоции, только расчет и правильные решения.

– Нет. Нет смягчающих обстоятельств. Если он решил выйти из моей команды, то подписал приговор.

Замолкаем. Сидим несколько минут в тишине. Переваривая. Никогда не был наивен или сердоболен. Но сразу ломать пацана не хочется... Хороший же был пацан...

Был...

– Приказать посадить его в исповедальню? – Андрей достает телефон. Думаю. Исповедальня – это оборудованный подвал за конюшней, стены которого даже самого стойкого заставят вывернуть все свое гнилое нутро наизнанку.

– Нет, повременим. Завтра с утра поставь его на КПП.

Я буду выезжать, подойдешь ко мне, обсудим сделку с Сулимовым. Кивай и соглашайся со мной, импровизируй по ходу. Я назову некоторые детали. За Савелием возобнови слежку, поставь на прослушку даже телефон его матери. Наших людей не подключай. Только теневых, чтобы ни одна собака не знала!

– Хорошо, – кивает Андрей.

– Ладно, давай, отдыхай, – пожимаю Покровскому руку, прощаясь. Приоткрываю окно, киваю водителю, чтобы садился в машину. – Домой, – выдыхаю, откидывая голову на спинку сиденья. Устал. Больше морально.

Внутри словно натянуты все нервы и ноют, ноют, ноют...

Встреча с поставщиками сорвалась... Заир опередил. Да и хрен бы с ним, я заработал гораздо больше, чем смогу потратить. Но выйти из системы нереально.

Я либо на плаву, либо в могиле.

А пожить еще хочется.

Машина заезжает на территорию усадьбы.

– Паркуйся в гараже, – велю водителю. – А я пешком пройдусь, – подхватываю пакет с обновками для Дарины и медленно иду по дорожке.

Встряхиваюсь, пытаясь смахнуть с себя весь негатив хотя бы на этот вечер. Дышу глубоко, питаясь энергетикой этого места.

Хочется смыть с себя этот день и лечь в постель к куколке. И черт бы с ней, в ее постель, а не в мою. Сотню лет не засыпал и не просыпался с женщиной. Старею, на ваниль потянуло."

"Ветер колышет шторы беседки. Там Дарина. Не одна. Я мог переварить с ней рядом кого угодно, только не Савелия. Слишком много его рядом с ней. И меня взрывает изнутри. Ревность? Может быть... Нет, скорее всего это она и есть. Я не привык обманывать себя. Всегда был собственником, но умел держать себя в руках.