Доктор Барченко (СИ)

Красивая птица с отменным аппетитом.

Входа в Шапель не было. Нужно перекинуть веревочную лестницу и по ней забраться на второй этаж через окно. Кроме того, строители оставили в кирпичной стене выемки, и, карабкаясь по ним, тоже можно проникнуть на второй этаж. Барченко недоверчиво осмотрел стену. Придется лезть!

Кое-как, стараясь не издавать ни единого звука, Александр поднимался. Темнело. Наконец голова его просунулась в стрельчатое окошко.

Осторожно, боясь выдать себя, Барченко начал озираться по сторонам.

Неужели никого нет? А, у них же есть третий этаж...

Стены второго этажа украшали каббалистические знаки, выполненные кровью. В углу стояла белая мраморная статуя Христа. Необычно видеть ее тут. Но это была не обычная статуя, каких много в костелах и монастырских парках: она изображала Иисуса-каменщика, вытянувшего руку в масонском приветствии. Барченко спрятался за Христа. В углу пахло пылью.

Несчастные мы люди, думал он, выглядывая из-за мраморного изваяния, обычно ругаем христианство, а чуть что - сразу бежим прятаться за Христом.

Взобрался на третий этаж. Там ничего не было, кроме пауков, а лаз слишком мал, чтобы протиснуться, но зато можно незаметно наблюдать происходившее. Несколько часов прошли в томительной тишине.

Но затем в Шапель стали подниматься по веревочной лестнице адепты ордена восточных тамплиеров. Пришел фон Мебес с Чинским, несколько незнакомых людей, с ними еще оказались пять красивых женщин.

По голосу Барченко узнал Фиолину Аспидовскую. Чернокнижники весело смеялись, но смех их казался искусственным.

- Опиум, сразу определил Александр. Накурились до одури и теперь устроят черную мессу..."

"Что происходило дальше, описывать стыдно. На второй этаж они ступили лишь для того, чтобы спуститься на первый. Там сохранилось кое-какое убранство в красно-черных тонах: перевернутые треугольники, алтарь в виде большого плоского валуна с обрубленным краем, трехрогие подсвечники, какие-то чаши-курильницы на трех львиных лапах, крайне неустойчивые. Чинский притащил свежеотрубленную голову черного козла и запачкал кровью не только пол со стенами, но и всех присутствующих. При этом он пел перевернутые задом наперед католические гимны.

Чинский закончил Ягеллонский университет - со злой радостью пронеслось в голове у Барченко, вот и пригодилась ему теология!

Затем он перешел на иврит. Из всего, что Чинский на пару с фон Мебесом говорили, Барченко разгадал только слово ""сатан"". Этого вполне достаточно. Черная месса! Звуки непонятных слов (никто из дам, ясно, ивритом не владел) невероятно возбудили гостей.

Женщины пробовали снять платья, но руки путались во множестве крючков и застежек. Кавалеры не отставали, шепча им на ушко всякие пошлости, медленно стараясь освободить их от одежд.