Дольче вита по-русски

Благодаря показаниям той девушки, бывшей в машине вместе с Фридрицким, нам наконец-то удастся прижать Ольхова! Он давно находился у нас в разработке, только с доказательной базой как-то не складывалось. Антон же каким-то образом раздобыл на него такие улики, которых хватит аж на две статьи. А Лена нам их передала вместе с другими вещами Фридрицкого.

– Я рада, что так получилось, – сказала я, паркуясь у своего дома.

Глава 12

– Володя, я сейчас что-нибудь быстренько приготовлю, а ты пока поразмышляй вот над этой схемкой, – и я положила перед Кирьяновым бумагу, которую мне дала Наталья.

– Это что такое? – удивился он.

– У меня есть кое-какие соображения, но я хочу услышать твое мнение.

– Значит, ты заманила меня к себе, чтобы подсунуть этот ребус? Коварная ты, Танюха!

– Володя, есть у меня подозрение, что составление этого ребуса стоило жизни одному очень хорошему человеку.

Мое замечание произвело впечатление на Володьку, и он углубился в изучение схемы, а я повернулась к электрической плите. Конечно, готовка – это не самое любимое мое занятие, точнее, самое не любимое. Но благодаря тому, кто придумал быструю заморозку и вакуумную упаковку для готовых блюд, я чувствовала себя высококлассным кулинаром.

К тому моменту, когда я сервировала стол, Кирьянов сделал свой первый вывод:

– Ну, что тебе сказать – смысл во всех этих кружочках, стрелочках и буквах определенно имеется.

– Гениально!

– И, скорее всего, – все это вертится вокруг железнодорожного вокзала. Правильно?

– Володя, что именно тебя натолкнуло на эту мысль – номера поездов?

– Нет, вот этот кружок с буквами – ООН. Знаешь, что за ними стоит, точнее, кто?

– Ну, уж во всяком случае, не Организация Объединенных Наций, – сумничала я.

– Конечно же, нет. Я эту аббревиатуру увидел и сразу вспомнил про Озерцова Олега Никитича, замначальника линейного отдела внутренних дел на железной дороге. Мы его между собой так и называем – ООН. Затем я предположил, что эти вот числа – номера поездов, проходящих через Тарасов. А вот дальше – загвоздка. Я бы еще подумал, но уж больно аппетитно пахнет твоя стряпня.

– А я бы послушала, что все-таки произошло в морге, но не хочу портить тебе аппетит, да и себе тоже.

Мы сели ужинать.

– Очень вкусно, – польстил мне Кирьянов.

Я заметила, что он скользнул глазами по мятому листку бумаги. – И все-таки, Таня, я никак не пойму, как в эту схему вписывается пропавший мертвец?

– Никак.

– Умеешь ты заинтриговать, – заметил он.

– А ты – не умеешь, а все равно интригуешь.

– По-моему, мы с тобой сейчас похожи на слепого с глухим, которые никак договориться друг с другом не могут.

– Ты рассказывай первым, – предложила я, – а я сварю кофе.

– Что тут рассказывать, – Володька отодвинул на середину стола пустую тарелку.