Дольче вита по-русски

– А три года тому назад, после общения с беременной любовницей своего мужа, Валерия впала в депрессию и сама обратилась к психиатрам. Несколько визитов в поликлинику – и она пришла в норму.

– Таня, скажи, а ты от версии с маньяком уже полностью отказалась?

– На девяносто девять процентов.

– А где же один процент затерялся? – уточнил Володька.

Я назвала город, куда так и не состоявшийся мэр Тарасова перевел своего психически больного брата. Кирьянов уставился на меня ничего не понимающими глазами. Пришлось рассказать ему, в чем дело.

– Так что Анатолий Алексеев сменил палату тюремного типа на палату в частной психиатрической клинике, где нет решеток на окнах, зато персонал весьма заинтересован в том, чтобы этот пациент оставался у них.

Я думаю, брат щедро оплачивает его пребывание в комфортабельной «дурке», лишь бы в родном городе о нем ничего не пронюхали.

– Если такой извращенец захочет сбежать, он сбежит отовсюду, – сумничал Кирьянов. – Ты «Молчание ягнят» смотрела?

– Конечно, смотрела. Слушай, Володя, ты меня озадачил. Если моя последняя версия провалится, то я, пожалуй, вернусь к первой.

– Знаешь, а я, наверное, сумею тебе помочь с этим вопросом.

Ко мне коллега обратился из этого города, с просьбой дать информацию на одного человека. Я мог бы задать ему встречный вопрос об Алексееве.

– Это было бы неплохо.

– Ладно, тогда я попрошу его, пусть выяснит, как там наш маньяк себя чувствует. Знаешь, Таня, а на твоем месте я бы дополнительно и клиентку проверил. Что-то мне подсказывает: в здравом уме такой спектакль насчет кремации разыграть трудновато.

– Я не исключаю, что она напилась антидепрессантов и под их влиянием из нее попер такой креатив.

Только это не мешает мне заниматься решением ее проблемы. Знаешь, она мне хорошо платит.

– Понимаю, – обронил Кирьянов. – Таня, у магазина притормози, я за хлебом зайду.

– Нет проблем. Володя, когда выяснится, кому принадлежала сгоревшая «Тойота», ты мой номер сразу набери, ладно?

– Нет проблем.

Я высадила Кирьянова у магазина и поехала домой. Только после ужина я вспомнила, что хотела заскочить к Наташе Кузнецовой и поставить точку в расследовании причин смерти ее мужа. Может, позвонить ей? Пожалуй, лучше все же поговорить вживую. Да и поздно уже.

Она наверняка сейчас детей спать укладывает.

* * *"

"Я набрала Наташин номер утром, чтобы договориться о встрече. Дома ее не оказалось, а мобильник почему-то был отключен. После этого я позвонила клиентке.

– Да, Татьяна Александровна, я вас слушаю.

– Валерия Юрьевна, я хотела бы с вами встретиться.

– Вы уже закончили расследование?

– Нет, но у меня появились к вам новые вопросы.

– Дело в том, что я сейчас собираюсь поехать на страусиную ферму, надо там утрясти кое-какие организационные вопросы.