Долгая дорога. Зов Вора (СИ)

Спокойной ночи.

- Спокойной... - эту фразу слышали только гудки.

Ну, вот зачем звонила? Настроение и так ниже плинтуса, так еще и он теперь со своими обидами. Это все Вика. Позвони, да позвони, а то не хорошо. Позвонила, и что? Можно подумать лучше стало.

Сердито показала ей кулак и потянулась за еще одной сигаретой.

Это была ночь кошмаров. Я просыпалась каждые полчаса в холодном поту и слезах, а засыпая, возвращалась в один и тот же сон.

Будто бы на дворе уже пасмурная осень, ранний вечер.

Я бегу по проселочной дороге босая со спутанными волосами, в одной белой батистовой ночной рубашке с шитьем.

Бегу по лужам, грязи. Впереди едет машина, через заднее окно которой на меня смотрит Хромов, а рядом с ним стоит Бакс. У мужчины в глазах равнодушие с легким налетом раздражения. Он отворачивается, машина набирает скорость и очень быстро пропадает из поля зрения. Я бегу покуда хватает сил, потом ноги отказывают. Спотыкаюсь и падаю, погружаясь коленями и ладонями в густую черную грязь. Из горла вырывается, чуть ли не звериный вой, я кричу до хрипоты, зову ""Саша, Сашенька"" и в этот момент просыпаюсь. И так раз за разом, сон повторялся в мельчайших деталях.

В конец измученная я поднялась с кровати и глянула на часы. Шесть утра.

Чтобы хоть как-то освежиться и придти в себя, направилась в душ. Скинув с себя сырую от пота ночнушку, залезла в душевую кабину и включила тропический дождь.

Больно-то как в груди. Зачем он сказал про то, что уезжает? Лучше бы промолчал, пусть бы потом узнала от других. Хотя нет, еще хуже было бы.

Вспомнила ночной кошмар и не удержалась от рыданий. Закусила до крови кулак, пытаясь не перебудить весь дом своими стенаниями. Сколько длилась моя беззвучная истерика, не знаю, может полчаса, может час, но из душа я вылезла еще в худшем настроении, чем была до этого.

Накинула халат и спустилась вниз на кухню. Нестерпимо хотелось кофе, а еще лучше коньяка, прямо с утра и до поросячьего визга.

Спиртного не было, зато на столе обнаружила записку, нацарапанную рукой Виктории. ""Все хорошо, ушла с Андреем. Твоя Ви-Ви"".

Хм, значит, я дома одна ночевала? Можно было пореветь в полный голос, глядишь, легче стало бы. Может еще одну истерику устроить. Прислушалась к себе. Нет, поздно, порыв прошел. Внутри какая-то апатия и оцепенение.

Заварила кофе, выкурила утреннюю сигарету и села у окна, бездумно глядя вдаль.

Бакса не хотелось терять почти так же сильно, как и Александра. Состояние было похожее на то, в котором я находилась перед кражей статуэтки из музея. Внутренности сворачивались в тугой узел, от одной только мысли, что его у меня забрали. Сама не заметила как, но мысли о статуэтке плавно вытеснили тяжкие думы об Александре.

Не знаю почему, но лошадка мне нужна была как воздух. Я готова была на все, что бы вернуть ее назад.