Долгая дорога. Зов Вора (СИ)

Я поморщилась, от боли в руке, поднесла ее к глазам и увидела, что вся тряпица, оторванная от простыни, пропиталась моей кровью, превратившись в жесткую, сухую корку, затем осторожно сняла ее с руки и уставилась на глубокий порез.

Как? Как он мог вчера все это сказать? Как мог наложить очередное заклинание, да еще какое? Что теперь делать?

В голове, усиливая боль, прозвучали жестокие слова: ""не девочка, переживешь"".

В душе шевельнулась робкая надежда: может Саша проспится, поймет, что натворил, придет и все исправит? Извинится, скажет, что был не прав.

Дура.

Не придет, не извинится и ничего исправлять не будет.

Это Хромов, с его целью, амбициями и стремлением получить такую желаемую силу. Плевать он хотел на мои страдания, боль, чувства. Ему даже на свои собственные чувства плевать, если уж они мешают ему получить желаемое.

Стало мерзко и бесконечно грустно.

Ведь могли быть счастливы, вместе, рядом, навсегда.

Я с трудом села, опираясь на здоровую руку, осторожно спустила ноги с кровати и попыталась встать.

Попытка отозвалась новой вспышкой боли в голове, поэтому мое несчастное тело с тихим стоном повалилось обратно и закрыло лицо руками.

В этот момент в комнату постучали, но, не дожидаясь приглашения, вошли внутрь, громко хлопнув за собой дверью.

На миг мелькнула мысль, что это Хромов, но раздался гневный голос Вики:

- Ты, ***с ушами, что творишь? Какого *** ты вчера свалила с этим придурком? Знаешь, что мне вчера устроил Саша, когда обнаружил твой побег? Я думала, помру от страха!!! А тебе вообще советую зарыться куда-нибудь поглубже и не показываться ему на глаза, пару месяцев!

- Вик, не шуми, пожалуйста!- прошептала я.

-Что напилась вчера? Головка бо-бо?- продолжала лютовать Вика,- так тебе и надо! Надеюсь, похмелье тебя добьет! Если только Хромов этого раньше не сделает! Вот он тебя встретит...

- Вчера уже встретил,- раздался мой безжизненный голос.

-Что? Когда...

Виктория осеклась, только сейчас заметив, что чумазая подруга лежит на мятых, рваных простынях, перемазанных кровью, на полу валяется повязка, судя по всему пропитанная той же самой кровью.

-Оль, -взвизгнула Вика и бросилась ко мне, -что с тобой? Что он сделал?

Я не шевелилась, не делала попыток заговорить, не открывала лицо.

Подруга хотела силой заставить убрать руки, чтоб заглянуть в глаза, но с ужасом замерла, увидев рану:

- Оль, скажи, что ты просто порезалась, и Хромов здесь ни причем!

- Вик, умоляю, помолчи, - тихо проговорила я,- каждый твой звук, как гвоздь вгрызается в мою тупую башку.

- Что произошло?

- Эх, полный ..., извини, не могу сказать это слово. Он меня ждал, Вик. Ждал и пил. Напился как свинья,- простонала я,- и дождался.