Долгая дорога. Зов Вора (СИ)

- Жива,- прохрипела в ответ, вытирая о брюки кровоточащую ладонь.

- Поранилась?

- Ерунда. До свадьбы доживет.

- Да кто ж тебя замуж такую сумасшедшую возьмет?- сокрушенно покачала головой Виктория.

- Ничего, на каждую Фиону, свой Шрек найдется,- меланхолично ответила я, а перед глазами непрошено возник образ Александра. Нет, этот паразит точно дал мне понять, что я его как спутница жизни не интересую.

- К воротам приближаемся,- прошептала Вика,- все тишина.

Мы дружно замолчали, напряженно прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Вика даже прикрыла глаза и сложила пальцы крестиком на всякий случай.

У меня было такое чувство, что я напрочь забыла, как дышать.

Наша ""царская колесница"" поравнялась с воротами. Стражник крикнул извозчику, чтоб он проезжал. И мы поехали...

Магическая дымка на миг окутала все вокруг. Дискомфорта не было, только волосы на голове зашевелились, да рана на руке ощутила легкое покалывание.

Повозка тем временем благополучно миновала городские ворота и покатила прочь по грунтовой дороге.

А снизу, под днищем тряслись мы с подругой, пытаясь удержаться на ветхих досках и не получить граблями по голове.

Полки, на которых мы ехали, предназначались для лопат, ведер, вил, но уж никак не для перевозки людей. Необработанные доски, усеянные множеством зазубрин, никак не скреплялись между собой и были прибиты к корпусу телеги только по краям. Поэтому они пружинили, прогибались независимо друг от друга, а в зазор между ними постоянно попадала одежда или, что еще хуже, пальцы. Я то и дело шипела от боли, не смертельной, но ужасно неприятной.

Мало того, что я свезла ладони, когда пыталась забраться в телегу, так еще заноз нацепляла и несколько раз пальцы прищемила.

Что такое асфальт в этом мире и не подозревали, поэтому телега тряслась по ухабам, раскачиваясь из стороны в сторону, заставляя меня еще сильнее держаться за доски и цеплять еще больше заноз, а при подскоке на кочках биться головой о днище.

Уже неделю погода стояла солнечная, сухая, и колеса поднимали с дороги пыль, забивающуюся в глаза, нос, рот. Приходилось сдерживаться изо всех сил, чтоб не чихнуть.

Вдобавок ко всему, лошадка, везущая телегу, по-видимому, днем очень хорошо покушала, потому что несколько раз ну очень хорошо покакала. Телега въехала задним колесом, как раз с моей стороны, в свежую кучу, и теперь с каждым его оборотом недалеко от моего лица проносился шмоток навоза, а все наше путешествие сопровождалось тонким ароматом лошадиного дерьма. И покинуть этот сомнительный транспорт не представлялось возможным. Выпрыгивать на ходу, в темноте- равнозначно самоубийству.