Доля ангелов

— Хорошо, не стану заводить с тобой спор. Никто еще не делал мне подарков, тем более юные девушки. Вечером я опробую его, а коли завтра ты придешь сюда на обед, дам испробовать свое, чтобы ты знала — что я подаю герцогу, — он смеялся сейчас, но я не обижалась — они все сначала смеются, а потом жалеют, что налили мало.

— Я тоже не стану, но оставь немного, чтобы угостить герцога, и, если что, зовут меня Лора. Я из Долины ангела.

— Что это за долина, деточка?

— Это земли, которые раньше считались Хармом.

— А почему они перестали быть Хармом?

— Потому что мне не нравится это название, мастер, — я вышла на улицу, где ждали меня мои попутчики, и мы отправились к краю города — ближе к нашей стоянке, сегодня вечером там начинался праздник, а прямо с утра будет турнир для простого люда.

День мы болтались туда — сюда, Глория и Рудоль ждали, когда их с товаром впустят к замковой кухне, а я ждала сама не знаю чего. Если напитки в замок провозить нельзя, вряд ли повар возьмет у Глории подарок. Была надежда на харчевню, но это еще вилами на воде писано, так как мастер может и вовсе забыть про мой кувшин с вином.

У нас было время, продукты, на небе ни облачка, и мы решили побыть здесь на время турнира. За стену можно было попасть только тем, кто принимал участие в турнире, вассалам, что прибывали со своих земель в пышных каретах и нескольким простолюдинам, что победят в простом турнире. Мы никак не подходили под этот список.

И тут меня осенило — Глория то с Рудолем могли попасть за стену, потому что считались поставщиками овощей и фруктов для двора. Они могли заехать на территорию замка.

— Глория, а вы, раз выгружаете там продукты, можете оставаться там, за стеной, ну, внутри?

— Да, конечно, только нужно вывести телегу — сейчас, перед турниром там и яблоку будет негде упасть, а в обычные дни, можно и телегу там, у складов оставить.

— Раз нельзя жидкости, может тогда ты, кроме вина передашь повару мармелад?

— Могу, конечно. Отдам на пробу, и скажу, что хозяйка ты. Если понравится ему, тебя найдут его люди даже здесь, в этой толпе.

— Отлично, спасибо тебе Глория.

— Да не за что.

Он точно ему понравится, вот увидишь — королева сластена, да и мать короля тоже, думаю, будет в восторге. Никто не знает о пристрастиях самого короля — нельзя это даже обсуждать людям, служащим при дворе, а вот про королеву знают все.

— Так и сделаем, Глория, — я дала ей связанную из лозы маленькую корзинку, где мармелад лежал на поникших уже, но еще не высохших листьях. И добавила к этому несколько прозрачных лепестков в виде листьев.

Вечером начали запускать телеги с провизией.