Долина Звенящих Камней
Федор Федорович Чешко
Помолчал, поскрипел тяжелыми зубами, пояснил воинам:
- Все - щенки. Все. Упустили...
Потом вдруг спросил - тихо, задумчиво:
- Кто следил ночью? Дозорные - кто? Проспали врага - кто?
Воины затрепетали, подались назад, прячась один за другого. Двое-трое шмыгнули потихоньку в кусты, притаились. И стало тихо, тихо до звона в ушах, и в этой тяжелой тишине будто ножом по лицу полоснул Хромого неожиданный звук: мерзко, предвкушающе захихикал Хранитель Священного Ножа. Он смеялся все громче, все злораднее, и все громче гремели в его спутанных сальных патлах трясущиеся амулеты, будто бы кто-то пересыпал сухие кости.
Тот же голос проговорил:
- Не могут. Они в Заоблачной Пуще.
- Умерли... - Каменные Плечи притопнул досадливо. - Жаль. Белоглазого жаль. Сильный воин.
Подумав, добавил:
- Был.
И вдруг вздрогнул, шарахнулся испуганно - так пронзительно завизжал, затопал ногами Хранитель, таким истошным и внезапным был его визг:
- Нет! Нет! Нет! - Хранитель тряс кулаками под исступленное тарахтение амулетов. - Не жалей! Плохой воин! Пустил трупоедов к Хижинам, пустил убивать! Плохой! Плохой! Не смей жалеть плохих, ты, Каменные Плечи! Не смей! Духи тебе не велят, накажут, страшно накажут!.
Каменные Плечи слушал, недобро кривясь, и вдруг тяжело пошел на Хранителя, и его клокочущий бешенством голос оборвал визгливые вопли:
- Накажут?! Где были твои вонючие духи, когда к Хижинам крались убийцы?! Почему не прогнали смерть?! Они спали! А теперь смеют гневаться на Белоглазого? Смеют грозить? Они - накажут? Не они - их! Их - наказать, наказать! А не их, так пожирателя их дерьма - тебя!!!
Хранитель пытался заговорить, но тяжелый кулак с хряском врезался в его открывшийся было рот, и рот брызнул зубами и кровью.
Он корчился, извивался на гремучей и склизкой гальке, скулил, пытаясь встать, и не мог. Каменные Плечи прижал ногой его густые грязные космы, цедил сквозь зубы:
- Племя кормит тебя, чтобы Настоящие Люди не знали смерти и голода.

















