Должница (СИ)

Платье грязное, кое-где блестит красным, волосы и лицо, вероятно, в крови, а висок так и долбит болью. Красавица, ничего не скажешь.

Я сдалась. Руднев понимает это, но не верит до конца, поэтому его люди по щелчку его сильных пальцев хватают меня сзади, словно я вот-вот могла исчезнуть. Я действительно могла сбежать – недалеко, но могла, ведь пока они обчистят этот двор, пройдет немало времени. Но я не сбежала. Мое место рядом с сыном, даже если это место – адское пристанище Руднева.

Меня несут к машине. Я стараюсь не смотреть в его глаза, думая о своем. Например, о том, каким чудом мне удалось выжить в машине, погубившей водителя и охранника Игоря.

- В машину ее… - его голос охрип, и Руднев качнул головой в сторону своего внедорожника.

Меня затащили в салон, подобно преступнице. Двери заблокировались сразу, едва Руднев сел рядом, а в следующую секунду на моей руке защелкнулся наручник.

Поднимаю безмолвный взгляд, облизывая пересохшие соленые губы. Что он сделал?

- Лучше молчи, - хрипит он, велев мне закрыть рот.

И следом точно также он сцепил свою руку, фактически привязав меня к себе, а ключ от наручников положил в карман брюк.

Вот и все. Добегалась.

Он велел молчать, и я молчу, сцепив руки в замок. На правой ощущается жжение холодного металла. Руднев сидит у окна, а мне приходится двигаться по сантиметрам каждый раз, когда он тянет руку сильнее. Я остановилась почти рядом с ним и сжала челюсти.

Я снова дернулась вместе с тем, как Руднев поднял левую руку. Наручники неприятно звякнули, а запястье заныло от безысходности. Он кому-то звонил.

- Подготовь документы прямо сейчас, - он кому-то скомандовал.

Все тело болит, ну и пусть. Зато скоро я увижу сына. Сердце в груди затрепыхалось сильнее от этой мысли. Неужели увижу? Неужели все закончилось? Могу я надеяться на хорошее, если теперь я знаю правду? Руднев не пытался отправить меня в больницу, и не я, а Вика была разменной монетой. Сердце грелось от мысли, что скоро я буду рядом с Богданом."

"Только одного я не понимаю: как быть с Рудневым? Что он хочет от меня? Почему уже несколько человек, один из которых – враг Руднева, назвали меня его слабостью?

Я думала, что мои мучения закончились, но сердце тревожно забилось при виде заброшенных зданий. Мы въехали в какой-то промышленный район. Я чуть пошевелила рукой, прилипая к окну, а мою шею тут же обвила сильная рука, прислоняя к кожаному сидению. Руднев был зол, и хватка его была больная. Наверняка останутся следы на шее.

- Ни одного движения ты не делаешь без моего ведома, поняла?

Яркие глаза Руднева впились в мои, а я вцепилась в его руку, пытаясь ослабить хватку. Он перекрыл кислород.

- Я задал вопрос. И лучше бы тебе подчиняться мне, Аля.

Не зря сердце билось тревожно.