Должница (СИ)

И вот уже музыка снова наполняет нас, голова перестает кружиться от истомы, а туман в наших взглядах сходит на нет.

Здесь не запрещены поцелуи.

И я только что целовалась с незнакомцем.

- Вы должны переехать от своего мужа. Он вас не заслуживает.

- Что?

Я вмиг лишаюсь дыхания."

"Неужели ты позволишь… Андрей?

Глава 49. Несколько часов назад

- Ну, и как я выгляжу?

Делаю несколько поворотов перед Наташей, дурачась в зеркале и недоверчиво посматривая на себя. Платье пока не надето, но маски уже получены. У всех гостей вечера будет однотипная маска.

Не проходит и секунды, как я начинаю изображать:

- Так и представляю разговоры на этом вечере. Вы очень галантны, но я бы хотела посмотреть на ваш нос!

Наташа заливисто смеется, а я изображаю оскорбленного мужчину, прикрывающий рот в изумлении:

- Но, мадам! Данный вечер запрещает мне оголять нос, это некультурно! Я вообще-то известный банкир, зачем вам мой нос? У меня много денег.

Наташа держится за живот, едва сдерживая слезы радости. Я убираю маску с лица, тоже начиная хохотать. Даже Богдан, поглядывая на нас, начинает улыбаться.

- Ну, хватит!

Я замираю. В дверях стоит Артем, и выглядит он довольно грозным. Раньше бы его вид меня напугал, но только не теперь - не после многих месяцев проживания с ним в одном доме.

Говорят, дистанцию со зверем терять опасно, но это уже далеко не наш случай. Я устала бояться. А зверь, хоть и остался для кого-то зверем, перестал запугивать.

- Мы должны ехать, - велит Руднев и разворачивается.

А затем, чуть подумав, добавляет:

- И запомни: не у всех банкиров есть деньги. Поэтому внимательно смотри на нос, Аля.

Я сдерживаю усмешку, кашляя в кулак, а Наташа краснеет, опасаясь прыснуть со смеху, но мы сразу же все наверстываем, едва муж оставляет нас.

- Зря мы рассердили его…

- Ему полезно, - отмахиваюсь, едва сдерживая улыбку.

Не знаю, с каких пор я перестала его бояться. Говорят, беспечность делает нас неосторожными.

Я надела коричневые брюки, телесного цвета водолазку и схватила плотно запечатанное в форму платье – специально приготовленное для вечера. Поцеловала Богдана на прощание, и мы с Рудневым сели в машину.

Вот и близится вечер. Странный, непонятный вечер. Выделки богатых, да и только.

- На месте вам выдадут перчатки и головные уборы. Изменят до неузнаваемости. Даже те девушки, с которыми ты будешь переодеваться, уже не смогут узнать тебя. А ты их.

- И что, на этом вечере можно делать все?

- Все, Аля. В пределах разумного. Разумность – правило вечера.

- Таким образом ты отпускаешь меня? Это твоя извращенная форма свободы?

- Да. Именно про нее я говорил. Ты можешь разговаривать, флиртовать и…

- Целоваться?

Муж усмехается.

Сейчас скажет нет. Грубо пресечет словами: «Аля, это уже слишком!».

- Можно целоваться, - кивает Руднев.