Дом в Порубежье

Но сооружение это оказалось не вполне подходящим, и Вождь увел свой народ скитаться; наконец, явившись к Углу, они воздвигли возле него Великую и Могучую Пирамиду.

Таковы были смысл и слово книги, но поздно я прочитал ее, и хотя успел переговорить о ней с моим дорогим Мастером над Монструваканами, но не вдавался в особые подробности, потому что мною вдруг овладело столь сильное желание идти, что я забыл обо всем прочем. Тем не менее, все мы считали, что в неведомом для нас верхнем мире уже не осталось жизни, а Великая Дорога, По Которой Ходят Безмолвные, и была той самой, которую построил тот самый Народ.

Мысли эти казались мудрыми и мне, и Мастеру над Монструваканами; словом, если кому бы то ни было суждено отыскать Малый Редут, он, естественно, должен оказаться внутри Великой Долины; однако я не знал, приведет ли меня туда Дорога, что вела на запад, за обиталище Нелюдей, неведомо мне было, и к северу ли надо идти. Я мог ошибиться на тысячу миль, если не встречусь с какой-нибудь бедой еще до того.

Действительно, у меня не было особо веских причин надеяться на то, что Малая Пирамида лежит либо к западу, либо в той стороне, где дорога поворачивала на север, за Дом Молчания.

Тем не менее, мне казалось, что она находится где-то на севере, и я был готов зайти сперва далеко на север и, уж если ничего не найду, повернуть на запад. Но Пирамида должна была находиться где-то в Долине, я был уверен в этом, потому что та Книга давала вполне разумную картину: никто не мог более жить в предельном холоде и унынии, овладевшими навсегда умолкшим миром, оставшимся в сотне миль над нами.

Удивительно было представлять себе великие утесы, неведомо для глаза окружающие нас в ночи; я бы и не узнал о них, не прочитав ту книгу; впрочем, у нас было принято считать, что мы живем в недрах мира, в древние времена устроив свой дом на высохшем ложе какого-то древнего моря, склон которого постепенно уходит к еще большим глубинам.

Тут я хочу напомнить, что обычные люди не имели четкого представления о подобных материях, хотя кое-что можно было узнать еще в школе; впрочем, это были, так сказать, отдельные взгляды, выводы учителей, потребовавшие многих исследований и раздумий. Одни люди, не имеющие достаточного воображения, склонны были отвергать эту мысль, другие – напротив – сочли бы ее достоверной, третьи же обратились бы к мечтам, полагаясь на слова Анналов, и наплодили Фантазий, уходящих корнями в Истину; так бывает всегда. В основном народ Пирамиды не был убежден в существовании другого населенного мира посреди Тьмы. Люди и не интересовались им; они были заняты лишь собственными делами, тем, что могли увидеть, и не хотели даже думать о том, что может существовать нечто другое.