Донна Роза (СИ)

Мы вышли в полутёмный коридор и направились в другое крыло, нет-нет я ловила задумчивые взгляды мужа на себе.

- Что-то не так? - не выдержала я и посмотрела на него.

- Вроде всё так, но ты как-то неуловимо изменилась, не могу понять, в чём именно, - чуть растерянно признался он, - и без того моя жена - самая красивая девушка на целом свете, но сейчас, будто ещё краше, - смущённо добавил он.

- Я всего лишь чуть подкрасила глаза угольком, - честно ответила я.

- Зачем? - оторопел он.

- Чтобы ты вот так растерялся, - рассмеялась я и Дар, помедлив, нежно улыбнулся.

Опочивальня дона Луиджи оказалась не так далеко от моей гостевой комнаты.

Дар без стука распахнул дверь и вошёл внутрь помещения, я следом за ним. Дон Росселини-старший полулежал на узкой кровати и смотрел на сына с какой-то извиняющейся улыбкой на морщинистом лице. Он как-то резко постарел, лет на десять, а полностью седые волосы усиливали впечатление.

- Со мной всё хорошо, сын. Вот сейчас переоденусь и выйду на праздничный ужин. Негоже мне разлёживаться, когда у тебя такой большой праздник. О! Роза, как я рад тебе, - он протянул ко мне руку, и я подошла к кровати, ладони мужчины были сухими и прохладными.

- Как ты? Привыкла, надеюсь? - по-отечески поинтересовался он.

- Да, дон Луиджи...

- Зови меня папа, - предложил он. - У нас не было времени познакомиться поближе, всё своё время я уделял гостям, традиции, от них никуда не деться.

- Да-да, я понимаю и никоим образом на вас не обижаюсь, - честно ответила я.

- Вот и славно. Какая тебе умница-жена досталась, Дарио. А ещё такая красавица!

- Отец, - голос мужа был напряжённым, - ты уверен, что тебе стоит вставать? Лекарь сказал, что у тебя сердце заходится, - странный диагноз местного эскулапа привёл меня в полнейшее замешательство.

- Тебе бы отлежаться.

- Я должен быть среди гостей, сын, - покачал головой мой свёкор.

- Тогда недолго, - настаивал Дарио. - Иначе я прикажу связать тебя, и ты насильно останешься у себя в комнате.

- Хорошо, - сдался старый дон. - Ты не умеешь быть гибким, сынок.

- Бад, - мой супруг повернулся к замершему в тени широкоплечему мужчине, - проследи за моим отцом и пусть, как только закончится первая смена блюд, он идёт к себе.

- Будет сделано, господин, - поклонился незнакомец.

- Берегите себя, - прошептала я, пожав ладонь Луиджи.

- Непременно, дочка, - вяло улыбнулся он бледными губами.

Мне не понравилось, как выглядел дон Луиджи, но я не врач - осмотреть его как положено не смогу, ибо не умею, и тут нет таблеток, посему я могла лишь молиться и надеяться на лучшее."

"Обеденная зала уже была полна гостей: народ, негромко переговариваясь, занимал места за длинными, составленными буквой ""п"", столами. В дальнем углу едва слышно бренчали приглашённые музыканты.