Сердце дракона. Том 11

И все, что в данный момент переживала Анис, она заслужила не только своими “руками”, но и тем, что Хаджар, Эйнен и остальные, когда-то, согласились принести ей клятву.

Хотя, по сути, могли этого и не делать.

– Я понял вас, глава Хищных Клинков, – вновь, достаточно низко, поклонился Хаджар. – после того, как я заберу свою цену из Башни Меча, я больше не переступлю порога вашего квартала.

– И…

– Что же насчет того, чтобы я не появлялся поблизости от него – то, пока ты не стала Императрицей, Анис, то не думай, что можешь мне приказывать или ограничивать мои перемещения по свободным территориям.

Анис сощурилась, а её, в прямом смысле, стальные пальцы сжались на рукояти меча.

– Не забывай с кем ты разговариваешь, Хаджар Дархан из рода Кесалия.

Хаджар, вместо ответа, развернулся и отправился к лестнице.

На ходу он прошептал:

Глава 976

Анис осталась стоять внизу. Впрочем, Хаджар сомневался, что она, в её нынешнем состоянии, смогла бы преодолеть хотя бы первые десять ступеней.

Как и все в этом безымянном мире, из того, что имело отношение к пути развития, на самом деле оказывалось куда сложнее и серьезнее, чем выглядело на первый взгляд.

Каждая ступень, по которой поднимался Хаджар, била по его душе чем-то вроде эфемерной копии отдельно взятого удара меча.

И, чем выше поднимался Хаджар, тем сильнее становились удары.

Всего винтовая лестница имела девять пролетов, по сорок три ступени в каждом. И, после каждого пролета, сила ударов повышалась в несколько крат.

В итоге подъем по лестнице занял у Хаджара не меньше четырех часов, а под конец ему пришлось обнажить Синий Клинок и высвободить свое графство меча синего ветра.

Только используя доспехи Зова, слитые воедино мистерии духов меча и ветра, и свой Божественный меч Хаджар смог преодолеть последний пролет, на котором каждый удар равнялся по силе мечнику, обладавшему Истинным Королевством Меча.

Кто бы не строил эту башню и лестницу, он явно обладал просто невероятными знаниями и талантом.

Когда же Хаджар смог, наконец, подняться наверх, то понял почему сюда стремился даже Великий Мечник Орун.

Потоки Реки Мира когда-то воспринимались Хаджаром как неизменные константы, которые, как данность, просто существуют и все.

В стране фейре Хаджар впервые понял, что абсолютная величина, на самом деле, вовсе не абсолютна и может быть так же изменчива и непостоянно, как и все вокруг.

Здесь же, в Башне Меча, с потоками реки вновь происходило нечто невероятное. Но если в стране фейри они закручивались, то замедлялись, то ускорялись, искривлялись, загибались и даже, порой, обрывались, падая куда-то в бесконечное нечто огромными водопадами, то здесь все происходило несколько иначе.

Потоки Реки Мира действительно будто рассекались огромной башней. Они истончались.