Сердце дракона. Том 11

Хаджар лишь смотрел на то, как яростно опускает перед собой звенящий посох старец, и как чудовищный, огненный аист, сложив крылья, оставляя за собой полосу выжженного неба, падает ему на голову.

– Ты спросил ради чего я уничтожил все, что было тебе дорого, – Хаджар согнул колени и занес ладонь над рукоятью. – Чтобы уцелело то, что дорого мне.

Глава 992

Шел дождь. Дул ветер. Сезон дождей и северные ветра никогда прежде не приходили на территорию долины Лунного Пика. Но все меняется… все, когда-то, меняется.

Гора, которая несколько эпох возвышалась посреди долины, исчезла.

Её горделивые пики, пронзавшие высокие облака, превратились в груду камней, разбросанных по окрестностям.

Её величественные храмы, в которых последователи Лунного Света в мире и покое постигали путь развития и самих себя, превратились в историю, облеченную стать былью и зарасти ворохом легенд и преданий.

Посреди руин, в кратере, величиной с городскую площадь, в коричневом озере из дождя и грязи, лежал старик. Он прижимал правую руку к ране на груди. Из-под сухой, старческой ладони, толчками била алая кровь.

Его волшебный посох, разломленный на две части, лежал рядом.

Над самим стариком возвышался молодой воин. Он так же прижимал ладонь к ране на боку, но, все же, стоял прямо, хоть и опирался на вонзенный в землю меч.

Его волосы разметались. Под порванными одеждами доспехами проглядывались жуткие ожоги и синяки.

Но все же – именно он стоял на ногах. И именно он сегодня уйдет отсюда тем, кто выжил. Тем, чья история еще не окончилась и кому еще не пришло время стать легендой.

– Почему ты не отдал копье, старик? – прошептал Хаджар. – почему не согласился стать частью войска…

Хашим закашлялся.

Кровавая улыбка пересекла его старое, но все еще красивое лицо. Почти уже не видящие глаза смотрели в черное небо бури.

– Для чего, юный воин… чтобы сражаться со своими братьями и сестрами?

– Чтобы не произошло всего этого! – в сердцах выкрикнул Хаджар. Он покачнулся и, едва не упав, оперся спиной о стену кратера.

Он все так же держался за меч, погруженный в коричневую воду. На её поверхности уже появились первые лужицы алого цвета.

– Жизнь – странная вещь… Северный Ветер, – Хашим страшно кашлял. Слова давались ему с трудом.

– Ты… уничтожил все… что было мне дорого… убил всех… кого я любил… и я лежу в грязи и крови и умираю… но почему-то мне кажется… что тебе… больнее, чем мне.

Не так давно, Хаджар бы добил старика, чтобы тот не мучался и отправился на поиски вечно падающего копья. Но теперь… он стоял на павшим патриархом и ему казалось, будто кто-то поместил ему в грудь, где-то слева, чуть поодаль от солнечного сплетения, разбитое стекло.

И оно резало его изнутри. И боль была такая, какую Хаджар еще никогда не испытывал.