Сердце дракона. Том 11

Я, лично, предлагаю просто поездить по окрестностям. Может найти пару смазливых смертных девиц. Ну честно, видят боги и демоны, не знаю, чем еще можно здесь заниматься. Ну или займись своей медитацией Гусеницы и Бабочки, а я посторожу.

- Предложение заманчивое, - протянул Хаджар. Разворачивая свиток за свитком, он позволял нейросети просканировать всю имеющуюся в них информацию. Её основные мощности были направлены на разработку библиотеки Хищных Клинков, но свободных ресурсов хватало для такой нехитрой задачи. -Но у нас тут под боком Белый Клык и Аркемейя.

- Тоже справедливо, - нехотя проворчал Том.

- Белый Клык, - внезапно оживился Тунуд. - вы встречали этого бедолагу?

Хаджар оторвался от свитков и посмотрел на старого смотрителя.

- Что знаете о нем, достопочтенный? - вежливо спросил Хаджар.

Том, в очередной раз, лишь скривился при подобном уважительном общении со стороны Хаджара. Аристократ не привык к тому, что со смертными можно общаться на равных, а не как со скотом или грязью.

Впрочем, подобный снобизм был свойственен почти абсолютному большинству адептов.

Тунуд, тоже не ожидавши подобного обращения, сперва спорил с Хаджаром, а потом понял, что это бесполезно и свыкся с мыслью о том, что посланник Императора обращается к нему с уважительными приставками.

- Он появился в наших краях совсем недавно. Вместо с двумя девушками и стариком.

- Стариком… - фыркнул Том. - а ты у нас кто? Молодец зеленый, что ли.

- Прошу простить меня, достпоч…

- Хватит, - Хаджар взмахнул рукой и укоризненно посмотрел на Тома. Тот пожал плечами и вышел на крыльцо. - Продолжайте, достопочтенный.

- Так вот, - прокашлялся смотритель. - Маленькая Лита с жутким шрамом. Ей мать - Элия, сказала, что она его получила в детстве, когда своей игрой взбесила быка и тот сбежал из загона. Я, достопочтенный адепт, пусть и стар уже, и не могу поднять клинка, но след меча и рога отличить смогу.

Хаджар кивнул.

Он помнил руку и лицо Литы. И каждый раз воспоминание об этом вызывало у него жжение в руках."

"- У нас народ в деревнях замкнутый. Нелюдимый. То и понятно - как никак, у самой, что ни на есть, границы с Ласканской поганью живем. Но как живем, так и могем. Чужих только, вот, не подпускавываем.

Несмотря на все огрехи, речь у Тунуда была относительно чистой. Видимо остались еще хоть какие-то осколки образования, передававшегося в семье генерала-губернатора…

- А тут приехали чужаки… да с говором совсем не нашимским, ваше достопочтенье, - снова поклонился смотритель. - Их уже был-то гнать думали, но болезный этот - дуб здоровый с волосами белыми, разом все желание отбил.

- И что, достопочтенный Тунуд, прижились они здесь?

- Прижились, а чего не прижиться. Месяц всего живут, а сколько пользы принесли. Лита - за детишками малыми только в радость приглядывает.