Доминика из Долины оборотней

– Похоже, Милли попыталась бортануть своего парня, чтобы взять меня на замену, – раздался у меня над ухом едва слышный голос. – Не вышло. Кстати, извини, но из-за меня ты, кажется, приобрела врага.

– Выживу, – вздохнула я.

В первый же день! Я бью все рекорды. Раньше я умудрялась продержаться невидимкой гораздо дольше. Ладно, что она, в конце-то концов, могла мне сделать? Оскорбить? Я привыкла не реагировать на оскорбления. Ударить? Мы вроде бы уже выросли из этого возраста, хотя, кто знает. Но, в любом случае – вряд ли она рискнёт, я выше неё почти на голову и явно сильнее. Ладно, поживём – увидим, а пока учитель дал новое задание – нужно решать, а не отвлекаться на предположения.

Следующий урок – испанский язык, – прошёл без происшествий. Ни Милли, ни Фэнси в классе не было, собственно, из присутствовавших на парковке была лишь одна девушка, но она никак на меня не реагировала. Вот и славно.

А вот следующий урок, литература, кровь мне слегка попортил. Точнее – не сам урок, а учительница, пожилая, худая, как палка и весьма въедливая мисс Бриттон.

Она заставила нас с Эриком рассказывать о себе, а точнее – о причинах, заставивших нас сменить школу. Простое «мы переехали» Эрика её не устроила, и ему пришлось рассказывать о том, что его отец получил повышение, а это подразумевало переезд в другой город.

После этого, благосклонно махнув ему рукой в сторону пустующей последней парты, она вперила в меня немигающий взгляд.

– Мисс Форест, а что заставило вас перейти в нашу школу?

– Мой старший брат приобрёл неподалёку книжный магазин. Мы поселились в квартире над ним.

– Вы?

– Я, брат и наша бабушка.

– А ваши родители.

– Они в экспедиции, на Амазонке. Они биологи. На время их отъезда брат стал моим опекуном.

Все эти подробности легко слетали с моих губ, наша легенда была отточена до мелочей и выучена мною наизусть. Конспирация – первое, чему нас учили, прежде чем позволяли жить среди людей.

– А ваш брат достаточно взрослый, чтобы стать опекуном?

Вот же въедливая бабка? Тебе-то какое до этого дело?

– Ему двадцать девять, – сухо уронила я.

Видимо, решив, что узнала всё, что хотела, мисс Бриттон таким же жестом, как прежде Эрика, отправила меня на место.

Пробираясь к задней парте я ловила на себе любопытные взгляды, причём в некоторых сквозило... что? Неужели жалость? Интересно, это меня из-за инквизиторского допроса жалеют, или из-за того, что мои родители сейчас якобы на другом континенте? Что ж, может, это несколько смягчит народ, и меня не станут особо чморить? Впрочем, вряд ли.

Урок пролетел относительно быстро, противная мисс Бриттон оказалась неплохим рассказчиком, интересно излагая новый материал. В принципе, одно другому не мешало – она могла быть прекрасным литератором и при этом – весьма неприятным человеком.