Доминика из Долины оборотней

Каждая из болезней в не особо тяжёлой форме, думаю, их носители чувствовали себя достаточно хорошо, чтобы спокойно работать. Но они, скорее всего, принимали лекарства, проводили поддерживающую терапию, соблюдали диету. Кайла же никто не лечил, к тому же все болезни наслоились друг на друга, поэтому ему и было так плохо.

– Бедный мальчик, – мама сочувственно покачала головой. – Но ведь он поправится?

– Конечно, – заверил её Фрэнк. – Для нашей крови все эти болезни – так, мелочи. Какое-то время это займёт, конечно, особенно артрит. Кости и суставы тяжелее всего поддаются лечению.

Но в итоге парень будет абсолютно здоров.

– Но что потом? – вздохнула я. – Надолго ли это здоровье? Для него же на всей Земле нет безопасного места.

– Одно есть, – поправил меня дядя Джеффри. – Решать, конечно, Гейбу, но не думаю, что он будет против.

– Насколько я понял – решать Рэнди, – хмыкнул отец. – А Гейбу останется лишь согласиться с её решением.

– В конце концов, парень и так уже в курсе нашей тайны, – кивнул дядя Джеффри. – Так что не вижу никаких препятствий для того, чтобы оставить его здесь.

– Я подговорю Рэнди, – в дверях нарисовался Пирс.

– У неё доброе сердце, и она обязательно уговорит деда оставить Кайла здесь.

Высказавшись, Пирс исчез так же внезапно, как и появился.

– Кажется, одну проблему решили, – покачал головой дядя Джеффри. – Ладно, как я уже сказал – жду тебя, Элоиз, после обеда. С пирожками.

Мы вышли из клиники. Точнее – вышли отец с Фрэнком, а мы с мамой «выехали» у них на руках. На крыльце сидел Томас, обстругивая какую-то палочку. Увидев нас, он широко улыбнулся.

– Всем привет! А я вот решил немного подышать свежим воздухом. Тётя Элоиз, тебе уже закончили делать переливание? Значит, сейчас Джеффри возьмётся за меня.

А это долго и скучно. Я понимаю, это для моей пользы, но...

Родители, поздоровавшись с Томасом и посочувствовав ему, пошли в сторону дома, а Фрэнк остался, поняв, что мне хочется пообщаться с мальчиком, и присел на ступеньку рядом с ним, посадив меня на колени.

– А почему ты не пьёшь кровь? – удивилась я. – Это же намного быстрее, чем переливать.

– Не могу, – вздохнул Томас. – Меня рвёт. Мы дважды пытались – никак!

– Но ты же пил кровь Рэнди на поляне!

– Вот именно! Там пил, а здесь не могу.

И не спрашивай меня – почему, сам в непонятках.

– Дело в стимуле, – пояснил ему Фрэнк. – Теперь тебе уже не нужно спасать свою жизнь. А в тот, стрессовый момент, на первый план вышло чувство самосохранения, отодвинув всё остальное. То, что сейчас вынырнуло, и мешает тебе удержать в себе кровь. Ты ведь не так чтобы особо старался, верно? Всегда ведь можно перелить?

– Скорее всего, ты прав, – кивнул мальчик. – А ты – парень Ники, да? Это ты её спас?

– Да, Фрэнк меня спас. И он – моя половинка.