Доминика из Долины оборотней

Потом забрал у меня мою порванную футболку, завернул в неё испачканную, сунул мне в руку получившийся узелок, вывел меня из пещеры, взял на руки и обратился.

– Пока-пока, пещерка, мы ещё вернёмся, – помахала я через его плечо приютившему нас месту, в котором я познала столько удовольствия.

– Обязательно вернёмся, – Фрэнк мимолётно поцеловал меня и, расправив крылья, шагнул со скалы.

Он летел низко, совсем низко над землёй, так, что я, наверное, могла бы коснуться рукой кустов, проносящихся под нами, если бы потянулась. Фрэнк петлял, двигаясь по странной траектории, и, в конце концов, я сообразила, что между нами и посёлком всё время было расположено какое-то препятствие – деревья, фермы, просто неровности рельефа.

Осознав это, я сначала от души расхохоталась над подобной предусмотрительностью, а потом благодарно поцеловала его в щёку. Потому что мне бы тоже не хотелось, чтобы отец случайно кинул взгляд в эту сторону и догадался, где именно мы были. Пусть сама пещера пока никем из посторонних не обнаружена, но то, что в той стороне находится тайное убежище Гейба и Рэнди, знает, наверное, вся Долина.

Покружив ещё какое-то время, Фрэнк опустился на берегу пруда, поставил меня на землю, быстро поцеловал, а потом забрал у меня из рук узелок с «компроматом». После чего быстро выкопал ямку под корнями дерева и схоронил улику.

– Может, проще было бы постирать? – улыбнулась я.

– Вот ещё! – хмыкнул Фрэнк. – Если нужно, я куплю Гейбу десять футболок взамен, как только доберусь до какого-нибудь магазина. Но что-то мне подсказывает, что это не понадобится.

– Думаю, что нет, – покачала я головой и в этот момент услышала радостное:"

"«Еда, еда!»

Обернувшись, я обнаружила утиное семейство, приближающееся ко мне и дружно требующее привычного обеда.

– Как же вы выжили без меня предыдущие два месяца, а? – покачала я головой и, повернувшись к Фрэнку, пожаловалась. – Похоже, мне достался самый бестолковый дар из всех возможных. И бесполезный. Вначале это было интересно, необычно, но постоянно слушать однообразное «Еда, еда!», изредка разбавленное словом «плавать», не так уж и забавно. Если бы мы задержались тут ещё на недельку, я бы взбесилась, честное слово.

– Но у Лаки-то словарный запас побольше, верно?

– В разы! В десятки раз.

Но где я, и где Лаки? А эти – здесь, рядом. И с каждым днём всё наглее. Нужно их накормить, а то я уже слышать не могу это их: «Еда, еда!»

– Я и сам готов то же самое кричать, – криво усмехнулся Фрэнк. – Блинчики твоей мамы уже куда-то бесследно испарились. Хорошо, что о нас уже позаботились. Думаю, и уткам твоим что-нибудь перепадёт.

После его слов я тоже ощутила сразу две вещи – ноющий от голода желудок и аппетитные запахи, идущие из палатки.