Дорога Костей

— Комнаты оплатил Магнус. Выбирай себе соседа по комнате или спи в конюшне.

Она стиснула зубы, но в этот момент на ее плечо легла прохладная металлическая ладонь, сжавшая его мягко, но уверенно.

— Будешь со мной, дулла, — сказала Гекла, широко улыбнувшись. Силла позволила себе улыбнуться в ответ. Хорошо было знать, что хотя бы один человек в этой шайке был ей союзником.

Но стоило ей шагнуть к двери, как крепкая рука обхватила ее запястье, заставляя остановиться. Она подняла взгляд. Джонас смотрел на нее с легким раздражением. Кожа гудела от тепла его прикосновения, и Силла посмотрела на свою руку.

— Мне приказано отвести тебя на рынок, — сказал он с явной неохотой, разжимая пальцы.

— Приказано? — нахмурилась она.

— Я хочу сначала искупаться. Будь готова через тридцать минут.

И, не дав ей времени на ответ, Джонас развернулся и вышел за дверь. Силла тяжело вздохнула. Прогулка по городу с Джонасом. Спокойным этот день точно не будет.

Очевидно, у «Кровавой Секиры» было куда больше соласов в бюджете, чем когда-либо было у Силлы и ее отца. Вместо того чтобы ютиться на сеновале над конюшнями, они могли позволить себе полноценные комнаты. Пусть небольшие, но с деревянными кроватями, покрытыми овечьими и оленьими шкурами, очагом с запасом дров и лавкой, на которой стоял таз с чистой водой для умывания.

— Можешь помыться первой, дулла, — сказала Гекла, с тихим вздохом снимая протез и кладя его на кровать. Она размяла плечи, наклоняя голову из стороны в сторону. — Черт бы побрал эту громоздкую штуку, хоть немного отдохну. Пойду караулить повозку, а вечером напьемся в медовом зале, — ее глаза блеснули в предвкушении веселья. Улыбнувшись, Гекла вышла из комнаты, и пустой рукав покачнулся у нее на боку.

Силла скинула сапоги и чулки, затем сбросила с себя остальную одежду. Набрав в ладони воды, умыла лицо, затем взяла кусок мыльного пепла, лежавший рядом с тазом, и принялась смывать с себя дорожную грязь, начиная с плеч и заканчивая пальцами ног. Напоследок она промыла волосы — насколько это было возможно в маленьком тазу, — затем выжала их и аккуратно провела по локонам гребнем."

"Натянув свое самое чистое платье, Силла заплела волосы и села на лавку. Она уставилась в пустой очаг. Впервые за одиннадцать дней она не убегала. Никто не гнался за ней. Ей не приходилось придумывать ложь, чтобы уклониться от бесконечных вопросов Взора Секиры.

Она достала из сумки тунику отца, поднесла к носу и вдохнула.

— Я скучаю по нему, — сказала маленькая девочка, появившись рядом на лавке.

— Как и я, — тихо ответила Силла. Всю жизнь они были вдвоем против всего мира, а теперь… что? Все изменилось. Она потеряла не только отца, но и само представление о своем прошлом и будущем.