Drama Kings, или Короли неприятностей

 — Просто навела небольшие справки. Потри.

— Что потереть?

— Пальцем глаз потри, чтобы вышло как будто специально небрежно.

Астер сделал, как ему велели.

— Я не знала, что отец Ориона — тот самый чемпион Шторм, — принявшись за второй глаз, добавила Энджел. — Господи, представляешь, я еще в детстве смотрела соревнования с его участием. Никогда не забуду — он был такой огромный, но так легко преодолевал препятствия.

— А мать — ирландской спортивной породы, — с гордостью добавил Астер.

— Видимо, это от нее Орион унаследовал свою масть и артистичность. Шторм ведь был черный.

— Артистичности уж ему точно не занимать, — хмыкнул Блэквуд, моргая; что-то попало в глаз.

— Подожди, я поправлю. — Энджел достала ватную палочку. — На последних соревнованиях в Нью-Йорке вы с ним что-то фантастическое творили. Я правда в шоке. Он не прыгал, он словно парил над барьерами.

Астер лишь скромно повел плечом.

— Нет, правда. Еще и среди сильнейших. Потри! — скомандовала она снова и протянула Астеру небольшое зеркало.

— Просто повезло, наверное, — лениво ответил Блэквуд, глядя на девушку. «Свет фонарей так красиво переливается в ее золотистых волосах», — поду­мал он.

"

"— Как ты это делаешь? — уже совершенно не скрывая интереса и не стесняясь, спросила Энджел. Она наклонилась, разглядывая проделанную ра­боту.

Их с Астером взгляды пересеклись. Его глаза теперь стали темными, как бездна. В свете, выставленном Мэдс, он казался настоящим воплощением ночи.

— Есть один секрет, — отложив зеркало в сторону, произнес Астер так, чтобы никто посторонний не услышал. — Очень давно мне рассказал его один опытный наездник.

В глазах Энджел загорелся огонек любопытства.

Она потянулась к нему за ответом. Оба замерли.

— Расскажи мне.

Нет, это был не огонек, а целый костер — всепожирающее синее пламя. Она так же, как и он, болела лошадьми, и от понимания этого Астера накрывало таким неожиданно сильным и странным ощущением, что он не знал, куда деться.

Он знал, что такое дружба. Понимал, почему его притянуло когда-то к Логану и Эвансу. Осознавал, как и каким образом нуждался в них. Знал, что такое страсть. Как ощущается азарт и плотское желание. Что такое хотеть ту или иную девушку.

Но не знал, что такое Энджел Белл и почему его от нее так кроет.

Конкур никогда не был обделен девушками-­наездницами, но ни одна из них не попадала в зону флирта Астера. Он сам не мог объяснить почему. Как будто та жизнь, в которой он был мерзавцем Блэквудом, существовала отдельно от конюшни. А сейчас они пересеклись.

— Нет, я не могу. Это огромный секрет, — покачал он головой.

— Я никому не скажу, обещаю.

— Если кто-то узнает эту тайну, моей карьере может прийти конец, — шепотом произнес Астер.