Сердце дракона. Том 14

А меньше, чем через мгновение поток алого свечения, сформировав исполинскую лапу медведя, величиной превышающий десяток метров, полетел в горизонтальном выпаде.

Там, где он касался земли, та плавилась и оседала в глубокой траншее на несколько метров в глубину и столько же в ширину.

Удар, прилетевший по лучшей защите Хаджара, заставил прогнуться драконьи чешуйки внутрь кокона. Хаджар буквально видел, как сквозь защиту просачиваются потоки силы Догара. Силы, которой тот не обладал при жизни.

А значит, не мог и после смерти.

Хаджар перевел взгляд на Красный Туман. Сидхе сидела на своем кровавом троне и, поджав губы, наблюдала за происходящем. Прекрасная, кровавая и… холодная.

Сидхе, которая указывала Смерти на того, к кому последней следовало проложить тропу. Сидхе Зимнего Сада, укрывающая утро тьмой – Ана’Бри.

Не увидеть между ними родственного сходства было невозможно.

– О прекрасная Красный Туман! – буквально закричала Тенед после того, как первая атака Догара схлынула, оставив за собой пылающие в воздухе багрянцем, кровавые листья. – В этот раз твое испытание слишком…

– Помолчи, дочь Хозяев Небес, – перебила принцессу сидхе. – Это мое испытание. И лишь я решаю, каким оно будет, – после этого она посмотрела в глаза Хаджару и тот не обнаружил во взгляде фейри ничего, кроме жгучей ненависти. – Все Сидхе тьмы и войны – сестры. Ана’Бри была младшей из нас. Семьдесят второй Сидхе. Ты забрал её у нас. И за это примешь смерть от рук своего собственного командира.

Дэдхи’Ашане взмахнула рукой и Догар, запрокинув голову к черному небу, взревел разбуженным от спячки, голодным медведем. Алый туман собирался вокруг него вертикальным вихрем из крови и предсмертных стонов, пока не исчез в призрачной кроне мертвого дерева, укрытого багровым саваном.

Перед Хаджаром стоял трехметровый воин, закованный в кровавую броню. Внешне она была чем-то похожа на шкуру медведя, но орнамент выглядел застывшими в предсмертной агонии мертвыми воинами."

"Хаджар посмотрел себе под ноги. То, что он принял за землю, на самом деле являлось сплавом из сотен тысяч мечей и доспехов. То, что некогда принадлежало воинам, после смерти оставалось на залитой кровью земле. Которая впоследствии давала всходы, пропитанные чужой болью, страданиями и одиноком ожиданием того, когда Костяная заберет тебя к дому праотцов.

Это была земля Дэдхи’Ашане. Её вотчина. Место сила. Там, где, разве что, лже-боги или сущности сродни Хельмеру, Фрее и иже с ними, смогли бы её ранить.

– Кто бы передо мной не стоял, – прорычал Хаджар. – это не мой командир. Он пал, сражаясь за родину. За своих близких. Он был героем. Настоящим. Ты же выставила против меня жалкого монстра. А ни один монстр, не сможет одолеть другого, сильнейшего монстра.