Сердце дракона. Том 14

Даже на Ярости Смертного Неба, если не сбавлять скорости, понадобиться не меньше семнадцати лет, чтобы пересечь их из одного конца в другой.

Хаджар давно уже убедился в том, что Безымянный Мир не был планетой.

Иначе как еще можно было объяснить тот факт, что солнце здесь ходило по небосклону с тем же сроком, что и на Земле – ровно двадцать четыре часа в сутках.

Луна всегда сменяла дневное светило. Звезды сияли ярко, но и они меняли свое положение согласно временам года, которые так же четко делились на четыре сезона.

Все это свидетельствовало о «планетарности», но, в то же время, помимо региона Белого Дракона, пусть и он слыл одним из крупнейших, существовало еще больше сорока.

Ни одна планета, а может, даже, солнечная система, не могла бы похвастаться подобным размахом.

Чем тогда являлся Безымянный Мир?

Однажды Хаджар уже задал подобный вопрос нейросети.

– Анализ структуры окружающей среды.

И нейросеть выдала подобный ответ:

[Обработка запроса… обработка запроса частично невозможна. Для повышения вероятности его обработки носителю необходимо пройти 5 эволюционных ступеней. После этого вероятность обработки запроса с учетом поглощения 100%ов мощностей в течения времени 10^45 лет составит 0,0(….10^27)01 % шанса]

Иными словами, если учесть, что Хаджар достиг бы уровня, названия которого даже не знал, но понимал, что тот находился выше, чем уровень Бессмертного и потратил бы на вычисления столько времени, сколько нужно, чтобы выгорела звезда, то все равно бы имел шанс осознать окружающую среду меньше, чем муравей имеет шанс занять престол Яшмового Императора.

Иными словами, Хаджар попросил у нейросети вычислить Истинное Имя Безымянного Мира. То, чего не знают ни правитель Седьмого Неба, ни королевы Фейри, ни Князь Демонов, ни Мудрец Пепел, единственный из живущих в мире смертных, кто был равен им по силе.

– Шиах хочет, чтобы его семья Мин заняла место главы Павильона Волшебного Рассвета, – продолжил Син’Маган, параллельно изучая карту.

И это была самая странная карта, которую только видел в своей жизни Хаджар. Просто потому, что её, на самом деле, не существовало.

Дракон в человеческом обличии держал перед собой нефритовое украшение в форме небольшого цилиндра. Исписанный различными руническими символами, он проецировал внутрь сознания карту, для которой Хаджар не мог подобрать слов описания.

Словно ты оказывался птицей, парящей над землями, и мог перемещаться между ними одним лишь усилием мысли.

Син говорил, что в подобных «нефритовых свитках» хранятся самые из сложных техник, которые находятся за гранью Божественных. И ни одна бумага с иллюстрациями даже лучших из художников не сможет передать их сути.