Древнее хобби

– А это что? Катя, ты…

Догадка озарила его. Он взял меня за подбородок и повернул мое лицо к себе, внимательно посмотрел мне в глаза. Он больше не улыбался, не пытался обольстить меня. Он все понял.

– Пойдем!

Он сильно сжал мою руку, так, что я чуть не вскрикнула от боли, и потащил меня к выходу. Никто не обращал на нас внимания, так все были поглощены проповедью отца Игоря. Алексей вытащил меня снова в прихожую, здесь в углу ее была лестница, ведущая на второй этаж. В холле нас догнал Александр, охранник.

– Леха, ты куда ее?

– Идем с нами, поможешь разобраться!

Вдвоем они быстро втащили меня по лестнице на второй этаж.

Втолкнули в одну из дверей. Мы оказались в маленькой комнатке с большой кроватью. Парни буквально швырнули меня на нее. Я упала, но тут же села на этой кровати и отодвинулась в угол. Все, Полина, это провал, сказала я себе. Как в кино про Штирлица. И наши ничего не будут знать…

– Что у вас случилось? – спросил наконец Александр. Он загораживал собой дверь, так что убежать отсюда мне не представлялось возможным. Я покосилась на окно: на нем была решетка.

– Похоже, это «засланный казачок». Она чай вылила на пол, а потом изображала, что пьет.

– Вот стерва!

Александр зло посмотрел на меня. Да, вляпалась я! А может, все-таки есть еще возможность как-то оправдаться? Надо попробовать все варианты.

– Мальчики, – сказала я жалобным голосом, – у меня аллергия на этот чай, ну, не могу я его пить! У меня после вчерашнего чая все тело ночью чесалось…

«Мальчики» переглянулись.

– У тебя кассета с собой? – спросил Алексей.

Александр кивнул и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Алексей встал около нее. Теперь он загораживал выход своей внушительной фигурой.

Может, договориться с ним, пока мы один на один?

– А если ты врешь? – спросил Алексей.

– Чего – врешь? Как это – врешь? – лепетала я, всеми силами изображая дурочку."

"– Ты шлангом-то не прикидывайся! Врать грешно! Ничего, сейчас все станет ясным как божий день!

Он замолчал и только смотрел на меня. Я сидела на кровати, съежившись, и старалась не думать о том, что со мной будет дальше. Но нутром чувствовала: положение мое просто жуткое. По-хорошему, мне отсюда надо срочно бежать. Но это представлялось довольно проблематичным.

Через некоторое время вернулся Александр.

– Все, Леха! Трындец! Это действительно «засланный казачок». На вчерашней пленке четко видно, как она вылила чай в какой-то пузырек, когда ты, придурок, из комнаты за конфетами выходил!

– А что ж ты еще вчера все записи не просмотрел?!

– Не до того было!

– Тихо! Все, хватит ругаться. Надо решать, что с этой тварью делать.

Александр подошел ко мне вплотную.

– Ну, сука, говори, на кого работаешь!

Я поняла, что косить под дурочку у меня не выйдет, не тот случай. Меня рассекретили, я проиграла.