Дружка (одноклассница)

Потом ей в голову пришла спасительная мысль:

— Тогда… Ма, я под него одену… — и взглянула на свои черные тракторные ботинки, носы которых были увенчаны металлическими пластинами с шипами.

— Нет, — мать была холодна. — Оденешь туфли. Розовые. И прическу сделаешь.

— А ты?!! — взвилась девчонка, задетая до глубины своей бунтарской подростковой души. — Ты почему не одеваешь розовое?!

— Я? — пожала плечами Наташа, подкрашивая ресницы. — К моему мрачному образу оно не подходит, поэтому я надеваю черное.

— Мне тоже это розовое суфле не подходит! — возмущенно вопила Вероника. — Ну ма!

Потом вдруг затихла и сказала серьезно:

— Если я и одену это, — пренебрежительный жест в сторону платья. — То тоже черное. Ма… Или я не знаю, что сделаю!

— Да знаю я, что ты сделаешь, — проговорила Наташа, предчувствуя очередной скандал. Но мысль дочери ей понравилась.

— Ладно, будет тебе черное.

— Ааааа!!! Ессссс!!!! Дааа!!! — Ника знала, как своего добиться.

— Но за это ты, Вероника, будешь вести себя как шелковая, поняла? — мать тоже знала, как привести ее в повиновение.

Вероника надулась и буркнула:

— Поняла.

Потом она снова оживилась, потому что черного бального платья в гардеробе у двенадцатилетней девочки еще не было. К тому же, таких платьев, какое она себе представляла, и в продаже не видела. Это означало только одно. Большой, хороший и продуктивный шопинг.

Живя уже давно своим маленьким женским мирком, мать и дочь прекрасно знали привычки друг друга. Наташа всегда любила и умела одеваться так, чтобы замечали только ее. Передалось ли это Нике по наследству, или было выработано при тесном общении с мамой, трудно сказать, но и она тоже обожала одеваться заметно. Правда, по-своему. Но обоим нельзя было отказать в хорошем вкусе.

Девочка взглянула на мать, хитро выгнув бровь и пропела:

— Шопинг, — глаза при этом заблестели у обоих.

— Быстро одеваемся, — Наташа глянула на часы. — Времени в обрез… Если что, придется купить ткань и пошить у тети Алены.

— Ма, а она за один день успеет? — забеспокоилась Вероника.

— Должна. Я надеюсь, — серьезно ответила Наташа.

Обдумывая при этом, а пошить ли и ей новое сногсшибательное платье? Пусть бывшие родственнички удавятся.

* * *Разумеется, готового черного платья для девочки в продаже не оказалось. Зато Ника с матерью переглянувшись, накупили тканей и аксессуаров, дружно решив выглядеть на церемонии как черные лебеди. Однако, если похудевшую Наташу еще можно было признать лебедем за стройность, то Вероника больше походила на мать в молодости. Плотная, розовощекая, подвижная. Краски и стать у нее были материны, но в лице присутствовало сходство с отцом. И иногда, глядя на дочь, Наташа невольно вспоминала Арсена.

Но только не в этот момент.

Сейчас обе были безумно заняты.