Сэру Филиппу, с любовью

– Пораньше надо вставать, - невозмутимо пожал плечами Колин, - чтобы не опоздать к завтраку!

– Как же, опередишь тебя, - усмехнулся Энтони, - ты сметаешь все так быстро, словно кто отнимает! Если бы я не знал тебя, то решил бы, что у тебя было голодное детство, и теперь ты за него отыгрываешься.

Филипп прикусил губу, чтобы не рассмеяться.

– Так мы будем стрелять? - спросила Элоиза.

– Ты - как хочешь, - заявил Грегори, прислоняясь к дереву. - А я иду завтракать.

Однако Грегори не спешил уходить. Он дождался, когда Элоиза подойдет к черте и выстрелит, почти не целясь.

Лакей принес мишень, и Филипп не поверил своим глазам. Выстрел Элоизы пришелся в самое “яблочко”.

– Где ты этому научилась? - спросил он у нее.

– Нигде, - пожала она плечами. - Само собой получается.

– Я же говорил, наша Элоиза - чудо природы! - хмыкнул Колин.

– Здорово! - Филипп не скрывал своего восхищения. - Да у тебя талант, Элоиза!

– Ты так думаешь?

– Уверен. Теперь, если на мой дом, не дай Бог, нападут враги, я знаю, на кого мне рассчитывать.

– С меня хватит, - заявил Грегори. - Пойду прикажу, наконец, кухарке что-нибудь сварганить.

– И мне тоже, - попросил Колин.

– Ты еще не наелся? - взглянул на него младший брат. - Чего и следовало ожидать!

Элоиза повернулась к Энтони:

– Теперь, полагаю, твоя очередь?

– Да это уже не имеет значения, - проворчал тот.

– Ну уж нет, мы все должны выстрелить по пять раз! Ты сам когда-то придумал эти правила!

Энтони перезарядил свой пистолет и выстрелил. Однако было похоже, что после выстрела Элоизы охота продолжать соревнования у него совершенно пропала. Энтони почти не целился, и пуля его оказалась аж в пяти дюймах от центра.

– Ты даже не целился! - возмутилась Элоиза.

– Какого черта ты вообще влезла, Элоиза! - проворчал ее брат. - Без тебя было так хорошо…

– Твоя очередь. - Отвернувшись от Энтони, она подошла к Бенедикту.

Бенедикт, а затем и Колин показали немного лучшие результаты, чем Энтони, но по всему было видно, что к соревнованиям они, как и их старший брат, утратили всякий интерес.

– Даже и не пытайся устраниться! - пригрозила Элоиза Филиппу, когда очередь дошла до него.

– И не подумаю! - Филипп решительно шагнул к черте."

"– Я понимаю, что с такими плохими стрелками и соревноваться-то неинтересно, - продолжала Элоиза, недвусмысленно покосившись на братьев, - но, тем не менее…

– Вот именно! - хитро улыбнулся Бенедикт.

– Они всегда нарочно начинают плохо стрелять, если я участвую в игре, - заявила Элоиза. - Хотят показать, что они не попадают, потому что не целятся, а не потому, что плохие стрелки.

– Тише, - шикнул на нее Филипп, - не видишь, я целюсь?

– Извини. - Элоиза прикусила губу, с любопытством наблюдая за действиями Филиппа.

Филипп медленно, спокойно прицелился, уверенный в своей победе.