Сэру Филиппу, с любовью

А если и станет, лучше слушать ее тирады на сытый желудок, перекусив перед этим с детьми печеньем с молоком.

Филипп решительно направился к лестнице, ведущей к детской, - та была на самом верху, в мезонине. Филипп когда-то и сам рос в этой комнате. С тех пор там практически ничего не менялось: та же мебель, те же игрушки и даже, кажется, то же самое пятно на потолке, похожее на утку…

Он нахмурился. Интересно, пятно на потолке все еще не замазали? Филипп вдруг живо вспомнил, как спорил в детстве с Джорджем - тот утверждал, что пятно похоже на кролика, а Филиппу казалось, что длинный отросток скорее напоминает утиный клюв, чем заячье ухо. И вообще как можно принять утку за зайца?

Не дойдя двух дверей до детской, Филипп вдруг остановился. Ему показалось, что он уловил какой-то звук. Что это за звук, Филипп не понял, однако что-то в этом звуке ему не понравилось…

Филипп снова прислушался.

Звук повторился. Теперь Филипп отчетливо услышал детский плач - вернее, всхлипывание.

Первым его желанием было ворваться в комнату, толкнув дверь, но затем Филипп обнаружил, что дверь немного приоткрыта. Подкравшись на цыпочках к щели, он очень осторожно заглянул в детскую.

Филиппу хватило одной секунды, чтобы понять, что там происходит. Оливер, сжавшись в комок, сидел на полу и тихонько всхлипывал; Аманда, вскинув худые ручонки, пыталась защититься от мисс Эдвардс, бившей ее по голове огромной тяжелой книгой.

Филипп рванул дверь так, что чуть не сорвал ее с петель.

– Что, черт возьми, вы себе позволяете?! - изо всех сил рявкнул он, гневно глядя на мисс Эдвардс.

Та обернулась, но не успела она произнести и слова, как Филипп вырвал у нее книгу и спрятал ее за спину.

– Сэр Филипп! - воскликнула гувернантка, но он тут же оборвал ее:

– Не смейте бить детей! - Филипп весь трясся от ярости. - Тем более книгой!

– Но я…

– Не говоря уже о том, что вы делаете это, когда никто вас не видит! - Кровь бешено стучала у Филиппа в висках. - Я не сомневаюсь, что вы умеете бить так, чтобы не оставлять синяков! Скольких детей вы уже таким образом били?

– Они непочтительно разговаривали со мной, - упрямилась мисс Эдвардс. - Дети должны быть наказаны!

Филипп угрожающе шагнул вперед, так что гувернантка невольно попятилась.

– Убирайтесь вон! - прорычал он.

– Когда вы нанимали меня, сэр, вы, кажется, сказали, чтобы я воспитывала детей так, как сама считаю нужным.

– Вот, значит, как вы считаете нужным их воспитывать? - Филипп с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на нее. Ему безумно хотелось избить эту женщину до полусмерти.

Нечеловеческим усилием воли Филипп взял себя в руки.

– Стало быть, вы бьете их книгой? Вот для чего нужны книги, по-вашему?

Филипп посмотрел на своих детей. Близнецы испуганно забились в угол.