Сэру Филиппу, с любовью

Пройдет еще много времени, прежде чем он поймет, что в девочках есть что-то и помимо красиво заглаженных складок на платье.

Оливер незаметно подкрался к сестре и плеснул в нее водой.

– Прекрати! - завизжала та. Оливер плеснул еще раз.

Аманда поднялась и угрожающе двинулась на брата. Тот попятился от нее. Вскоре они уже гнались друг за другом, оглашая окрестности веселым смехом. Оливер держался на расстоянии от Аманды, не удаляясь, однако, от нее слишком далеко.

– Я все равно тебя поймаю! - пообещала Аманда, отплевываясь.

– Не заплывайте слишком далеко! - крикнула им Элоиза. Но она уже понимала, что беспокоиться ей не о чем: оба - отличные пловцы. Сама же Элоиза научилась плавать уже года в четыре, как и все ее братья и сестры. В детстве они проводили бессчетные часы, купаясь в пруду их кентского имения. Так продолжалось, пока был жив отец. После кончины Эдмунда Бриджертона его вдова предпочитала большую часть времени проводить в городе. Элоиза не могла сказать, было ли это связано с тем, что поместье вызывало у матери слишком много воспоминаний, или же ей городская жизнь была больше по вкусу.

Самой же Элоизе Лондон и лондонское общество вполне нравились - по крайней мере, до сих пор. Теперь же, плескаясь в живописном пруду с двумя озорными ребятишками, Элоиза вдруг поняла, как много она потеряла, будучи лишенной деревенской жизни. Не то чтобы она приняла решение покинуть Лондон, но и пожить иногда ради разнообразия в деревне тоже не помешает…

Аманда, наконец, догнала брата и взобралась к нему на спину, заставив погрузиться под воду. Элоиза насторожилась, но уже через несколько секунд поняла, что беспокоиться, как бы дети не захлебнулись, нет оснований - они, судя по всему, отлично ориентировались в воде. Вскоре головы близнецов уже показались над поверхностью. Оба, отплевываясь и стараясь вдохнуть побольше воздуха, грозились победить один другого. Борьба разгоралась не на шутку.

– Осторожно! - призывала Элоиза не потому, что всерьез беспокоилась за детей, а потому, что должна была играть роль строгого взрослого. Эта роль была непривычной для нее - племянники и племянницы, во всяком случае, воспринимали Элоизу как тетю, которая разрешает им многое из того, чего не велят родители, - можно даже сказать, что они считали ее почти равной. - Оливер! Не дергай Аманду за волосы!

Оливер послушался, но тут же потянул сестру за ворот купального костюма. Для Аманды это было еще хуже - она начала задыхаться и кашлять.

– Оливер! Прекрати немедленно!

Оливер, как ни странно, снова подчинился, Аманда же, мгновенно воспользовавшись этим, опять влезла брату на спину, увлекая его под воду.

– Аманда! - забеспокоилась Элоиза. Аманда словно и не слышала ее.