Два дня

Вы еще этого не поняли?

Прошла еще минута. Демарко выпрямился, пристегнул ремень безопасности и положил руку на ключ зажигания.

– Я дам вам знать, если у меня появятся к вам новые вопросы.

– Буду ждать с нетерпением, – фыркнула Бонни.

Стук дверцы пробрал его до костей. Демарко завел мотор, и передние фары озарили парковку светом. Сержант проводил взглядом Бонни. Ее поступь на обратном пути уже не выглядела такой твердой и решительной, как прежде. Теперь шаги ее были усталыми и неверными. В попытке показать сержанту, что их разговор не подействовал на нее, Бонни расправила плечи и приподняла подбородок.

Но вялая походка выдавала ее. Иногда даже казалось, что она сейчас пошатнется и накренится на бок. Демарко наклонился вперед, чтобы лучше ее видеть, но уже в следующий миг Бонни добрела до двери клуба, открыла ее, шагнула в столб желтого света и исчезла из виду.

– Сукин сын, – пробормотал Демарко. Он повернулся, достал с заднего сиденья свой портфель и раскрыл его на пассажирском месте. Затем включил верхний свет, отыскал среди бумаг блокнот Хьюстона и пролистал его, пока не нашел нужную страницу:

Есть в ней некая скрытность, какая-то блеклая аура стыдливости.

Она походит на танцовщицу, пытающуюся спрятать свою хромоту, хотя с ними все в полном порядке; ноги у нее красивые. Не просто красивые, а очень красивые. И хромота совсем в другом месте – в ее голове или в сердце, в движениях ее мятущейся души.

В блокноте Хьюстона был и другой фрагмент, примерно месячной давности. Демарко нашел его быстро:

Это женщина с темными волосами и зелеными глазами, полная тайн и секретов. Губы у нее чувственные, но грустные, ножки длинные и изящные, движения медлительные и томные.

И даже ее улыбку сдерживает скрытая печаль.

Эти описания больше подходили Бонни, чем Дэнни. На самом деле они полностью соответствовали Бонни. Демарко взглянул на «Уисперс», закрытую дверь, тусклую голую лампочку. «Это она – Аннабел…» Он еще не понял, что это значило, но теперь был твердо уверен в одном: «Они обе – Аннабел».

Глава 43

По дороге домой Демарко три раза порывался позвонить Нейтану. В третий раз он все-таки набрал его номер.

– Надеюсь, я еще не надоел вам своими звонками. Но вы для меня уже стали настоящей палочкой-выручалочкой в литературных вопросах.

– Нет-нет, вы мне совсем не надоели, – сказал Нейтан, хотя его голос показался сержанту сонным. – Только не такой уж я большой специалист, которым вы меня выставляете.

– Но вы собираетесь стать писателем. Поэтому знаете, как работает писатель. И вам известно, как работал Томас Хьюстон. Я в свое время прочитал много всяких романов, но от этого не стал понимать лучше, что происходит в уме сочинителя.

– Думаю, вы переоцениваете меня, но чем могу – помогу.